Textonly
Декларация
issue 010 : август 2002
первая страница
Editors
Само предлежащее
Предложный падеж
Keimena eidea
Другие части спектра
Актуальная литература
Votum Separatum
Документы, объявления, письма
Узлы

Рейтинг литературных сайтов


Литературная Промзона
Курицын
Ферганская школа
Александр Левин
Liter.net Сида
Остракон
Лавка языков
Молодая русская литература
Крещатик
Камера хранения
Присутствие
Индоевропейский диктант
Полутона
Орбита
Сетевая словесность

Русская Виртуальная библиотека
Русская поэзия 60-х
Сайт Генриха Сапгира

Журнальный зал
НЛО
Митин журнал
Солнечное сплетение
Дирижабль
©оюз писателей

Псой Короленко
Ольга Зондберг
Маргарита Меклина
Бахыт Кенжеев
Владимир Гандельсман
Ксения Маренникова
Татьяна Мосеева
Леонид Дрознер
Ника Скандиака
Дмитрий Строцев

Книжное обозрение
ExLibris
Обзоры Фрая
Немзерески

Необитаемое время

            

в каждой аптеке учет в каждой Европе потоп
ночная кулинария не способствует усмирению страсти
если истины нет то золото есть
но и НЕТ и ЕСТЬ не на дне колодца
                пруд
                беседка
                липы и дубы
                рыболов-кореец
                ты
ты говоришь ЛЮБЛЮ только когда занимаешься любовью
– ангелы мои! – сказали нам с тобой 17 раз
возьмешь да и поверишь
                Дональбайн
                Архилох
                город Тейково
                золото Маккены
                ты

Стихи Игоря Жукова


Приснилась Лена Ситунская – так ее звали, из пионерского лагеря. Если верить моему тогда покровителю Олегу Радзинскому, у которого каждое третье слово было пиздеж, то самый сильный парень лагеря Леха Ожерельев страдал по ней. Ну мы-то были мелкие – третий отряд? и она тоже. Интерес к ней был, это точно, а потом продолжали ездить в тот же лагерь, и какая-то ночная свиданка у нас вышла на четверых, я для храбрости с Юликом Шаталовым, и она с длинной Амелиной, только нас сразу накрыли и гнали сквозь кусты дикое лагерное начальство, не поймали и пошли по палатам искать – кого не хватает после отбоя, и взрослый кретин выпытывал у меня потом, чего же мы все-таки делали. А в последнюю мою зимнюю смену в последний вечер мы танцевали, и она первая стала говорить про тот случай, может, она наоборот была робкая и нежная, а я сдуру сказал, что ничего не помню, это я стиль держал, и она перестала танцевать и отошла, красивая Лена Ситунская. А через час меня скрутило – боль в животе, я стал помирать, так что пришлось везти в больницу на Быковский аэродром, только тамошняя врачиха меня не приняла, сказала "у меня летчики под нож ложатся", это я помню, и больше я Лену не видел.

Сказки и истории Давида Дектора

Где твой отец?
Он так боялся,
и сошёл с ума;
иногда выходит на берег,
собирает бутылки после туристов,
верит собакам, людей боится,
убежит, если ты подойдёшь к нему близко.

Знаешь, зачем всё это?
Скажешь, кому это надо?
Не подавай реплик, только скрипи дверью.

Новые стихотворения Екатерины Боярских

Руды ждут, известняки и кости,
ржавчина мечей, кольчуг,
Ричард Львиносердый, Готфрид Готский –
чуда, что и я хочу.

И туда заходят сарацины:
каждый в коже, в паре джинс,
сотово и самочинно
к смерти подключают жизнь...

Два стихотворения Дмитрия Бобышева

Вернувшись в Москву,
она сказала,
теперь я знаю,
кто я есть в глазах Запада:
беременная лесбиянка,
которая спит с мужчинами
за деньги.
А на родине с идентичностью
полная неразбериха.

"Идентификация женщины" – стихи Мары Малановой

        Сперва, как вспоминал еще мой дед, гунны запретили было не только печь и есть, но и растить хлеб, и вывозить его в другие государства. Первый год так оно и было. Хлебную торговлю закрыли совсем. Само слово "хлеб" и подобные ему были изъяты из обращения под страхом урезания языка. Мука и дрожжи исчезли из всех лавок, с которых даже сбили вывески.
        Спустя год выяснилось, что без хлебопечения хозяйство герцогства просто перестанет существовать. Гунны, не желая терять немалые доходы, которые они извлекали из оккупации, поняли это и издали новый закон. По этому закону разрешалось выращивать рожь и пшеницу, молоть муку и месить тесто, печь любые хлеба и сдобу, перевозить их и торговать без ограничений. Но называть хлеб по имени и употреблять его в пищу было по-прежнему запрещено, и ослушавшимся все еще грозила смерть.

Рассказы Григория Злотина

Речь моя, дорогие, родные (родная!),
стала совсем безыскусной.
Так полдневное солнце, нас всеx ожигая,
исчезает за белой, отвесной

неподвижной стеной, и ни бриза, ни тени,
пощадившей бы всякого, – только
фонари чуть покачиваются в медине,
и винить в этом некого – только

ты один проницаем среди непрозрачныx
очертаний как бы в негативе
форм и линий, как выдоx миганий проточныx
пылью света, откатами крови

искажаешь – так было уже: колебался
медный ставень, и всё щебетали
между пальмами ласточки – сколько б ни длился
сон, тебе слишком яркий вначале. – –

Из книги "Пятая попытка" – новые стихи Игоря Вишневецкого


        Поползли слухи о предсказаниях, многие вирши Нострадамуса перетолковывались не в пользу жизни на земле, и со дня на день ждали, что зыбкая хлябь поглотит Британские острова, а может быть и Пол Европы – именно тот ее Пол, до которого не дошли в сорок пятом. На пыльных чердаках откапывались чем глубже, тем более черные книги, а кончилось тем, что обнаружился то ли забытый, то ли вовремя запрещенный труд не то Вернадского, не то Чижевского (а чуть ли и не самого Н.Федорова) о режиме инсоляции.
        Согласно выдвинутой ученым теории, существование земной эктосферы поддерживается отсталой (м.б., – "отстойной", в рукописи неразборчиво. – Науч. ред.) программой, в которой заложены основные параметры планетарного существования, в частности – режим инсоляции. По гипотезе этого городского сумасшедшего, суммарное время солнечного облучения не должно превышать некоторой определенной величины в астрономический год. В противном случае запускается механизм консервации планеты, в частности, гравитационный, так что, например, вода прекратит свое течение сверху вниз, что будет видно невооруженным глазом.

"Пол Партии" – рассказ Андрея Ильенкова

(поразительно чист до сих пор не стаявший под деревьями снег
от него иногда холодновато)
и я почувствовал что растерялся
а собственно что я собирался сказать?

что и подобает             говорить в стихах человеку
с моим прошлым                 и с моим настоящим
жесткие нелицеприятные строки:    никакого плейбойского конформизма
(произносить слова              не осознавая их страшных значений)

"Переводы с русского" и совсем новые тексты
Сергея Завьялова

Женская – имя мое – бубенец в руке.
С татуировкою на бедре.
С типуном на уже неродном языке,
Окаменевшем от впрыскиванья семени Египтидов.
Я плыву по речи своей,
Как Офелия по реке.

Берег снабжает меня переменой видов,
Льдинки лягушек разбиваются об меня,
Об меня расшибают лоб близорукие рыбы.
Доплыву до моря – домом моллюсков станет моя спина.
Чайка сядет на приоткрытые губы.

Два стихотворения Полины Барсковой

        Сгорая от нетерпения, я ждала второй серии, тем более, что Штирлица играл мой любимый князь Андрей из "Войны и Мира".
        В казарме тоже только о нём и разговоров было.
        – Виднай на мордочку. На Нойке Мордюковой женатай. Бабы говорили, и сынок у них.
        – Ври давай. Ён кальтурнай, а Нойка нашенская, из ткачих, толь с Дрезны, толь с Павлова Посаду. С ентой он, с Савельевой.
        – Молчи громче. С какой Савельевой? Забыла про "Дело было в Пенькове"? Наш он, свойский, из деревенских, тока образованный.

"Мой папа – Штирлиц" – рассказ Ольги Исаевой

Река-глубока, говорил леденец
Сестрица-москвица, я стану кремлец

Аминь, текла река водой
Я стану духами "Красная Москва"
Шанелью мира молодой
Хорошие твои слова!

Говорит сестрице брат –
Вот и злато царских врат
Оригинальный поп венчает нас –
Ветер, гадкий сын утрат

Стихи Василия Ломакина

        Мы вызвали милицию, якобы по поводу изнасилования нашей подруги, а когда милиционеры прибыли, предложили им себя. В целом все прошло успешно, нас качественно дефлорировали резиновыми дубинками. Утром они ушли, увозя с собой стереосистему и аквариум с рыбками.
        А через некоторое время я узнала, что Таня страстно и безнадежно влюблена в своего растлителя. Не обязательно иметь мозг, чтобы понять причины, по которым милиционер не мог сойтись с женщиной, побывавшей в связи со всем его расчетом. Однако страсть глуха к доводам разума. Каждый вечер Таня ждала Его перед отделением милиции, а он всякий раз приветствовал ее ударом кулака в правую грудь. Таня падала в кусты или на клумбу, получая при этом глубокую психосексуальную разрядку.

"Паровоз «Желание»" – рассказ Вадима Калинина

 

В ход идет рационализм, открытая и агрессивная жажда познания. Не отказываясь от эмоций, страстей, от иных составляющих мироздания вообще и психологии, в частности, лирика Бродского, бесспорно, выдвигает интеллект в качестве своего главного опознавательного знака, пружины, формирующей поэтику. Я назвала бы ее поэтикой высказанности, охватывающей предмет бесконечными витками суждений, поэтикой, доверяющей прямому корневому значению своих орудий. Ни символики, ни напевности, ни ассоциативности (в мандельштамовском ключе), ни подтекста. Лобовой поток смыслов, напористо рвущихся к сути.

Ирина Служевская о стихотворении Бродского "Разговор с небожителем"

Однако, ежели присмотреться к ней (к книге, а не к Анджеле Картер) повнимательней, то сквозь шокирующий личный опыт начнет проглядывать злая, в духе Голдинга, пародия на традиционные, в духе Bildungsroman, сюжеты об "играх взрослых глазами невинного ребенка". Во-первых, мальчика зовут Джим, а в неизменные спутники к нему судьба постоянно навязывает морячка-американца, откровенно отсылающего к образу Джона Сильвера. Во-вторых, в романе слишком много зеркал и авторских ремарок о зеркальности и зазеркальности. В-третьих, сам мальчик никак не тянет на невинного ребенка: он назойлив, у него не все в порядке с головой, он всех и вся переживет. Да и сама достоверность "автобиографической" точки зрения протагониста в романе слишком часто – хотя и не явно, почти на манер Пруста – ставится под вопрос.

Вадим Михайлин об изображении скифо-персидской войны у Геродота


Не сдавайте квартиру друзьям
Не звоните в ближние страны
Сами свою близость привезут-отнимут
Бросят-поцелуют

Всюду деньги-деньги и сковородки.
Сковородки с деньгами закопченные газом денег
Из-под кузова носы штиблет торчат по розе ветров
У системы "ревун" истерика если на припаркованную взглянуть
Я тоже задет ненарочно
имя выдавливая в предкрике
Даром чутко замаринован
ядерный труп-телефон
Даром прекращены испытанья подводно воздушно внутриземельно
Резать долг по частям разве я извращенец?
Тебе нужно время а мне из него кватроченто

Илья Кукулин представляет стихи Александра Самарцева


От крыши к крыше
птицы разворачивают гомон
передавая
всё дальше день

В тёплых утробах
домов
ещё во власти снов
дети поворачиваются
к востоку

Дверь ночи
затворилась

Темноту
уложили обратно в шкафы
или так показалось дрозду

Издалека обманчиво светит солнце

Стихи Лизы Майер в переводе Дмитрия Кузьмина и Дмитрия Белякова


Но довольно бывало, чтоб ночное темно-синее небо в проеме двери чуть-чуть посветлело, как руки тотчас поглощались потемками, наподобие того, как почуявшая опасность черепаха втягивает мозолистые лапы под панцирь. И стоило рукам скрыться под покров непроглядных потемок, как дремлющая близ цепи апсо потягивалась, неторопливо разминала затекшие члены и, изнуренная долгим ночным лизаньем латуни, прядала в тьму, подтверждая старинное изречение – вышедший из мрака в него и вернется, – дабы собраться там с силами и в новую ночь с большей истовостью припасть и лизать утоньшающиеся латунные обручи.

Фрагменты романа Зазы Бурчуладзе "Старая песня" в переводе Майи Бирюковой


прилагаю накладную к своей жизни:
не кантовать тело может и выдержит
но мозги могут уйти
в задницу в мочевой пузырь в другие
неудобопроизносимые места
не держать долго под дождем в дождь выходит из строя
психика совесть представления о жизненных правилах
в мозгу происходит электрическое замыкание
концентрируются разряды
тогда ситуация выходит из-под контроля

Стихи Эугениюса Алишанки в переводе Сергея Завьялова


Мне показалось важным обратиться в своей работе к мифообразующему полю генно-инженерных новаций, чтобы, преодолев его, в дальнейшем развивать Ars Chimaera как эстетическую практику. Практику, уже не отягощенную критической либо аффирмативной позицией. Таким образом я планировал обозначить принципиально важный переход от производства художественных объектов к практике химерного дизайна... Сама же схема моей работы достаточно прозрачна. В рамках проекта, реализуемого совместно с институтом вирусологии им. Д. Ивановского (Москва), планируется создание химерного растения, в геном которого будет врезан ген системы генерации света одного из организмов, обладающего феноменом биолюминесценции. Природа знает множество таких примеров...

"Русская рулетка": Интервью Дмитрия Булатова

   

Проблемы с правами решаются путем написания письма. Если вы хотите воспроизвести материалы из TextOnly, свяжитесь с нами, пожалуйста: iaia@mail.ru

Права: Textonly 2002
Дизайн: cmart


Textonly - ранее:
Issue 0 | Issue 1 | Issue 2 | Issue 3 | Issue 4 | Issue5 | Issue 6 | Issue 7 | Issue 8 | Issue 9
Textonly - далее:
Issue 11 | Issue 12 | Issue 13 | Issue 14