Июнь 1997

ХРОНИКА



2.06. Библиоглобус

    Встреча с Геннадием Айги и презентация его книги "Тетрадь Вероники" (М.: Гилея, 1997). Александр Макаров-Кротков представил автора, саркастически отозвавшись о попытках нескольких отечественных рецензентов усомниться в достоинствах поэта, выпустившего в десятке разных стран около 80 книг. Айги прочитал ряд стихотворений из книги. Среди слушавших его посетителей магазина "Библио-глобус" оказались Лев Рубинштейн, Александр Левин, Юрий Милорава и другие любители книги.



2.06. Образ и мысль

    Иван Ахметьев и Герман Лукомников обозначили жанр своего совместного выступления как "взаимовыгодно-альтруистический антифон", сославшись тем самым на практику клуба "Авторник" и, в частности, на "Альтруистический антифон", представленный "Авторником" (с участием Ахметьева) в рамках "Салона салонов" (23.04.). Ахметьев и Лукомников по очереди читали тексты друг друга, затем всё же вернулись к более привычной схеме (каждый за себя), придав ей элемент соревновательности, причем в итоге Лукомников торжественно признал себя побежденным. В завершение вечера Ахметьев на правах победителя зачитал текст Лукомникова "Проект Дома Современной Русской Художественной Литературы".



10-14.06.
Российско-американский поэтический фестиваль "Русская поэзия конца века глазами американцев"

    проводился как презентация проекта антологии современной русской поэзии в английских переводах "Конец тысячелетия", которая должна выйти в 1999 г. в нью-йоркском издательстве "Talisman Publishers". Проект предусматривает в качестве своего материала поэзию "неофициальную" и "экспериментальную", а в качестве "современности" - 80-90-е годы; предположительная структура антологии складывалась из тематических разделов: "Концептуализм и постконцептуализм", "Метафизические тенденции", "Женские голоса", "Геевско-лесбийская поэзия" и т.п. Кураторы проекта - американский поэт Джон Хай, долгое время близкий к кругу Нины Искренко, и живущий в США русский поэт и прозаик Вадим Месяц, - возглавили высадившийся в Москве десант американских славистов и поэтов-переводчиков, жаждущих увидеть современную русскую поэзию, так сказать, в действии. Фестиваль открылся 10.06. в ЦДЛ представлением русской аудитории американских участников проекта. Дальнейшая программа включала двухдневные чтения, в которых выступили со своими текстами 50 поэтов, нескольких круглых столов и две российско-американские поэтические встречи (с преобладанием американских участников).

    11.06. Редакция журнала "Арион"

    Круглый стол изданий, публикующих поэзию. О сегодняшнем состоянии русской поэзии кратко высказались Алексей Алехин ("Арион"), Анатолий Кудрявицкий ("Стрелец"), Дмитрий Кузьмин ("Вавилон"), Алексей Туманский ("Комментарии"), а также Игорь Шайтанов, Александр Уланов и Валерий Шубинский. В центре разговора были категории "неофициальности" и "экспериментальности" поэзии, вызвавшие у всех участников этого круглого стола (и последующих) большие сомнения, - равно как и структура антологии, отражающая структуру американского, а не российского литературного пространства. По этому поводу Кузьмин заметил, что структура российского культурного пространства, безусловно, проявляет тенденцию к сближению с западными моделями, но желание отследить эти процессы требует фиксации внимания не на признанных грандах современной русской поэзии, а на не менее, может быть, интересных, но гораздо менее известных именах (в качестве примера было сказано, что раздел "Женские голоса" бессмысленно строить на текстах Ольги Седаковой, Натальи Горбаневской или Ры Никоновой, - здесь важнее основанные на гендерной проблематике стихи Марины Темкиной, Веры Павловой или Фаины Гримберг). Представители каждого издания назвали наиболее важные, по их мнению, имена из числа своих авторов. Особое мнение высказала Ирина Прохорова ("Новое литературное обозрение"), усомнившаяся в самой идее всеобщей поэтической антологии и предложившая в качестве альтернативы принцип тематической организации материала - антологии типа "Пейзаж в современной русской поэзии".

    11.06. Американский Центр Библиотеки Иностранной Литературы

    Встреча с американскими поэтами - участниками проекта. Со стихами выступили Эд Фостер, Леонард Шварц, Джон Хай, Брюс МакКлеланд и Алекс Сигал (прочитавший также два стихотворения Константина Кузьминского, составленных из английских слов, которые в первую очередь осваивает человек, приехавший в США); переводы читали Марк Шатуновский (из Хая) и Александр Уланов (из Шварца). В программу была также включена презентация сборника-билингвы Александра Ткаченко "Подземный мост" (Алматы: Жибек Жолы, 1997; русский текст и английский перевод).

    12-13.06. Классики XXI века

    Круглый стол поэтов и критиков. Б'ольшая часть выступлений была посвящена критике предполагаемой структуры антологии, в защиту которой выступил только Вячеслав Курицын, указавший на мотивирующую ее концепцию мультикультурализма с присущим ей пиететом по отношению к групповым ценностям (в идеале, с точки зрения Курицына, представители каждой культурной группы сами должны делегировать наиболее ценные с их точки зрения тексты в состав гипотетической универсальной антологии). С резкими возражениями выступили Леонид Костюков, Александр Самарцев, Иван Жданов и другие, заявившие о необходимости "абсолютного" подхода (собирать "лучшие стихи" посредством экспертных оценок); приверженность подходу историческому (представление литературных группировок) высказал Владислав Кулаков. Особняком стояло мнение, высказанное Виталием Пухановым, о том, что специфический интерес представляет именно то, как русская поэзия будет увидена глазами американцев, и в этом плане как раз не вполне адекватная структура совершенно уместна. Особенное недоумение вызвал у большинства выступавших раздел геевско-лесбийской поэзии; впрочем, Всеволод Некрасов высказался в том смысле, что существование такого раздела будет оправдано, если благодаря ему вспомнят о замечательном поэте Евгении Харитонове (которого Некрасов полагает малоизвестным). Ряд выступающих - Андрей Сергеев, Михаил Айзенберг, Кулаков и др. - отметили также, что ничем не мотивированной представляется хронологическая точка отсчета антологии - рубеж 70-80-х: никакого существенного перелома или скачка в этот момент не произошло, и в действительности понятие "современная русская поэзия" обнимает имена и процессы, действующие с рубежа 50-60-х. Многие выступления были посвящены лоббированию той или иной группы поэтов: Валерий Шубинский призвал не ущемлять интересы петербургских авторов, Юрий Беликов (Пермь) заявил, что кладезем талантов, в изобилии взрастающих вдали от столичной суеты, является уральский регион; Василий Кондратьев говорил об авторах, не интегрированных в литературную среду в силу своей погруженности в среду художественную (в качестве яркого поэта назвав Павла Пепперштейна); Фаина Гримберг предостерегла от ограничений идеологического характера, заявив, что есть важные и интересные авторы, оказывающиеся вне поля зрения в результате своих не симпатичных большинству литераторов взглядов (пример - челябинская поэтическая группа "Среда"). Ряд сообщений носил информационный характер: Андрей Филимонов рассказал о литературной ситуации в Томске, Евгений Касимов - в Екатеринбурге; из зала, впрочем, немедленно последовали заявления московских литераторов, так или иначе связанных с соответствующими регионами, о неполноте нарисованной картины. Еще одно выступление Курицына было посвящено перечислению форм литературы, представляющихся ему гораздо более перспективными (и заслуживающими антологии), чем поэзия; Курицын назвал, в частности, лирическую прозаическую миниатюру, тяготеющую к "стихотворению в прозе" (приведя в качестве ярких представителей имена Галины Ермошиной и Светланы Богдановой), специфически интернетные формы существования литературы (прежде всего, интерактивные), тексты коммуникативной направленности (вроде открытых серий, пополняемых текстами разных авторов, - по сути дела та же интерактивность, только вне Интернета). В кулуарах круглого стола было распространено письменное заявление Некрасова о сомнительности всего мероприятия в целом в силу ангажированности американских организаторов сравнительно младшими и не самыми существенными группами российских поэтов (прежде всего, кругом Клуба "Поэзия"), предпринимающими на протяжении всей своей творческой деятельности попытки исказить историю русской литературы последних десятилетий с тем, чтобы занять в ней более достойное место. По предложению Алексея Кубрика участники круглого стола почтили минутой молчания память Булата Окуджавы.

    12-13.06. Классики XXI века

    Программа поэтических чтений оказалась весьма насыщенной и разносторонней - и по широте представленных поэтик и тенденций, и по участию, наряду с непременными фигурами литературной жизни, ряда менее известных и редко выступающих, но значительных и интересных авторов. Шире всего был представлен, действительно, круг авторов, так или иначе имевших отношение к Клубу "Поэзия", поскольку в оргкомитете фестиваля участвовали Марк Шатуновский и Евгений Бунимович (в каковом протекционизме мы, в отличие от Всеволода Некрасова, не усматриваем никакой злонамеренности: всякому автору, принадлежащему к определенной литературной группе, свойственно полагать ее участников наиболее интересными и значимыми). Выступили Татьяна Щербина, Владимир Строчков, Владимир Аристов, Лев Рубинштейн, Владимир Тучков, Александр Левин (кажется, несколько отвыкший читать свои тексты вместо того чтобы петь их); из реже выступающих - Юрий Арабов, Иван Жданов, Александр Еременко, Александр Самарцев, Шатуновский и Бунимович (последний впервые с 1994 г. прочитал новые тексты), а также оказавшийся в Москве проездом из Германии Алексей Парщиков (прочитавший также перевод одного стихотворения Джона Хая); младшее поколение Клуба было представлено Юлием Гуголевым и Андреем Туркиным, также в последние годы почти не появляющимися на литературном горизонте. Эта большая группа авторов маркировала широко протяженную центральную часть представленного на фестивале спектра художественных языков (с Бунимовичем, Шатуновским и Самарцевым, примыкающими к, условно говоря, традиционалистскому флангу и Рубинштейном, Тучковым и Туркиным - к столь же условному "авангардистскому"). "Традиционалистский" фланг был продолжен "от центра" Николаем Пальчевским (протеже Арабова), близкими к Клубу "Поэзия" Юлией Скородумовой и Андреем Воркуновым, ориентирующимися на традицию группы "Московское время" Виктором Куллэ и Валерием Фарзанэ. В этой же части спектра располагаются, по-видимому, попытки вытеснения постмодернизма постромантизмом, предпринимаемые с разной степенью успешности Алексеем Кубриком, Виталием Пухановым, Марией Максимовой, Михаилом Щербиной, Кириллом Анкудиновым, концентрированная реэстетизация культурных реалий у Игоря Сида, актуализация фольклорных стилистик у Натальи Черных и Вадима Месяца, а также ряд других индивидуальных поэтик (Фаина Гримберг, Ольга Зондберг, Дмитрий Воденников, Николай Звягинцев). Крайняя точка "правого" фланга была обозначена Игорем Меламедом и двумя петербуржцами - Валерием Шубинским и Валерием Черешней. "Левый" фланг был представлен Германом Лукомниковым и Дмитрием Авалиани, а также текстом оформившего зал для фестиваля художника Данилы Кольцова, в менее радикальных версиях - минималистскими работами Ивана Ахметьева, Александра Макарова-Кроткова и Анатолия Кудрявицкого, еще ближе к "центру" - верлибрами Дмитрия Кузьмина и Александра Карвовского, а также стихами Светы Литвак, Людмилы Вязмитиновой и Андрея Цуканова; кроме того, Ахметьевым были прочитаны стихи Андрея Дмитриева. При всей некорректности такого "выстраивания в линию" видно, что степень репрезентативности фестивальной программы по отношению к целому современной русской поэзии довольно велика, несмотря на отсутствие ряда важных авторов, не смогших или не пожелавших участвовать в фестивале, - прежде всего, Всеволода Некрасова, Сергея Гандлевского, Ольги Седаковой, Дмитрия А. Пригова. Значительнее обычного оказалось представительство молодого поколения авторов, невзирая, опять-таки, на отсутствие нескольких значительных фигур (в том числе заявленного в программе, но не выступившего Станислава Львовского). Чисто символически (двумя авторами) была представлена поэзия Петербурга (где в рамках подготовки антологии планировались отдельные мероприятия); несколькими яркими, хотя и случайно выбранными именами - российская провинция: выступили Александр Уланов (Самара), Александр Анашевич (Воронеж), Андрей Филимонов (Томск) и Юрий Беликов (Пермь); Кузьминым были прочитаны стихи Шамшада Абдуллаева (Фергана) и Яны Вишневской (Киев; в последние годы живет в Москве), призванные обозначить присутствие на фестивале русской поэзии стран "ближнего зарубежья". Ноту изящной иронии по отношению к не лишенному помпезности мероприятию внесла акция Светы Литвак под девизом: "Независимая поэзия всегда будет в конфликте с салонами и литературной бюрократией" (в рамках акции Литвак демонстративно находилась в фойе Салона, игнорируя программу фестиваля и распространяя листовки соответствующего содержания).

    14.06. "Shakespeare"

    Встреча с американскими поэтами - участниками проекта. Со стихами выступили Эд Фостер, Леонард Шварц, Алекс Сигал и Джон Хай, c небольшим рассказом - Том Эпстайн; переводы читали Анатолий Кудрявицкий и Дмитрий Кузьмин (Нины Искренко из Хая). В программу была также включена презентация сборника переводов Ивана Жданова "Inconvertible Sky" (NY: Talisman Publishers 1997).



17.06. Авторник

    Программа вечера по случаю закрытия сезона была составлена из трех частей, следовавших в порядке возрастания игрового элемента. Первое отделение прошло под девизом "Восстановление справедливости": объявляя его, ведущий вечера Дмитрий Кузьмин констатировал, что ряд интересных авторов в силу тех или иных причин практически не участвует в литературной жизни - в частности, ни разу не выступали на протяжении завершающегося сезона; четырем из них "Авторник" предоставил слово. По нескольку стихотворений из вышедших в 1996 г. книг ("Зяблик перелетный" и "Взамен") прочитали яркие верлибристы Михаил Файнерман и Юрий Милорава. Фрагмент лирической прозы из только что выпущенной книги "Имена электронов" представил Юрий Лейдерман, чья широкая известность как художника-акциониста, по-видимому, не проникает в литературные круги, - иначе трудно объяснить невнимание профессионалов к этой чрезвычайно интересной и по материалу (от геополитики до "героев спорта") и поэтике работе. Наконец, большое стихотворение с эпическим уклоном "Широкобуеракская" прочитал живущий в последние годы в Москве саратовский поэт и прозаик Сергей Рыженков. Второй раздел программы составила акция "Конкурс красоты среди поэтесс". Предположив, что красота поэтесс должна существенно отличаться по своей природе от просто красоты, организаторы конкурса предложили жюри (состав которого - Рыженков, Николай Винник и Илья Кукулин - был объяснен неангажированностью первых двух членов и известной всеобъемлющей доброжелательностью третьего) удалиться за занавеску и выносить свое решение, не видя выступающих. В рамках конкурса выступили Ольга Зондберг, Евгения Лавут, Мария Максимова, Татьяна Милова, Стелла Моротская, Юлия Скородумова, Полина Слуцкина, Ирина Шостаковская и Людмила Вязмитинова; кроме того, Екатерина Ваншенкина прочитала стихотворение Анны Ахматовой; сверх программы в категорической форме потребовал своего участия в конкурсе Герман Лукомников, однако выступать отказался, расценив сомнение ведущего в правомерности такого участия как оскорбительное. Жюри, однако, сочло этот эпизод преступлением против политической корректности и грубым проявлением сексизма, и в порядке компенсации морального ущерба единодушно присудило Лукомникову звание "Мисс Поэзия 97". Остальным участницам конкурса были присвоены разнообразные почетные звания и призы (например, Скородумова была титулована "за загадочность", Моротская - "за спортивность", Ваншенкина и Ахматова - "за лучшую фигуру", Слуцкина "за самую тугую красивую косу"). Третьим разделом программы вечера была акция "Раздача слонов" - игровое по преимуществу подведение итогов сезона литературной жизни. Разнообразные слоны (по большей части в виде мягкой игрушки) были вручены Кузьминым от лица Салона "Авторник" и Союза молодых литераторов "Вавилон": Александру Левину и Владимиру Строчкову - "За попытку нерушимого союза в пример всем участникам литературной жизни Москвы", основателю и куратору открывшегося в минувшем сезоне Эссе-клуба Рустаму Рахматуллину - "За попытку обогащения литературной жизни Москвы", литературному объединению "Между-Речье" (в лице Алексея Корецкого) - "За попытку конкуренции "Вавилону"" (имелся в виду изданный объединением альманах молодых авторов "Окрестности"), наконец, поэту Михаилу Нилину - "За попытку неучастия в литературной жизни Москвы". Эти премии, как разъяснил Кузьмин, рассматриваются организаторами "Авторника" как своего рода разминка по отношению к "Премии Салонов", которая должна вручаться при открытии следующего сезона от лица Круглого стола литературных клубов и салонов Москвы (впрочем, окончательное решение об учреждении этой премии еще не принято). Под занавес последний слон - на этот раз пластмассовый - был вручен Дмитрию Воденникову, которому принадлежала первоначальная идея акции.



18.06. Крымский клуб

    Вечер поэта Алексея Цветкова, впрочем, уже десять лет как переключившегося целиком и полностью на прозу ("я пытался убежать и убежал до такой степени, что перестал стихи писать," - сказал он о своих взаимоотношениях со стихотворной традицией, сопоставляя себя с Львом Лосевым, которого назвал "рафинированным эпигоном", подчеркнув, что употребляет это слово в высоком, неуничижительном смысле). Цветков читал стихи эмигрантского периода (вплоть до "последнего" стихотворения "Пристален лист..."), а затем отвечал на вопросы, отметив, в частности, что из современной русской прозы ему наиболее интересны Саша Соколов, Владимир Маканин и Андрей Битов ("Пушкинский дом"), из поэзии - Иосиф Бродский среднего периода (до 1980 г.), Лосев, в какой-то мере Бахыт Кенжеев (который "был бы замечательным поэтом, если бы выкинул девять десятых своих стихотворений"). По настоянию Германа Лукомникова Цветков отозвался также о лианозовской школе (сказав, что, "в отличие от других, это поэты", хотя ему и не близки), но сознался также, что в целом следит сейчас не столько за русской, сколько за англоязычной литературой, а из российских журналов регулярно читает только "Иностранную литературу" (впрочем, американская поэзия после Лоуэлла у Цветкова интереса не вызывает).



18.06. Салон "Летний сад"

    Вечер, призванный ознаменовать возобновление работы салона после почти годичной паузы, открыл Герман Лукомников литературной акцией "Приходите вовремя": чтение прозаических миниатюр Бонифация "Заметы сердца" началось ровно в 18 часов (объявленное время начала вечера), т.е. до появления какой бы то ни было публики. Закончив чтение, Лукомников покинул помещение через окно. Затем вступительное слово произнес куратор салона Игорь Лобунец, пожаловавшийся на то, что не имеет материальной возможности съездить куда-нибудь отдохнуть (этим, очевидно, объясняется то, что сезон в "Летнем саду" открывается именно в тот момент, когда в других клубах он закрывается). Рассказ "Искушение поэта в снежной пустыне" прочитал Николай Байтов. Со стихами выступили Александр Макаров-Кротков, Михаил Серебренников (читавший также переводы из Горация) и Владимир Климов, выполнявший по совместительству обязанности бармена и вызвавший нарекания присутствовавших постоянным недоливом напитков.



19.06. Классики XXI века

    Презентация книг Юрия Стефанова "Заклинания" и "Конь-Осьминог" (обе - М.: Изд.Е.Пахомовой, 1997). Стефанов отказался от чтения лирических стихов, собранных в первой книге (сославшись на изменчивость представлений о лирике, эволюционировавших у него на глазах от Евтушенко до Пригова), и прочитал целиком поэму "Конь-Осьминог", написанную по мотивам Чернобыльской катастрофы и впервые опубликованную в газете "Орловский вестник" (где некогда, с гордостью отметил поэт, впервые печаталась "Песнь о Гайавате" в переводе Бунина). Поэма свидетельствовала о хорошем знакомстве автора с древнескандинавской мифологией.



19.06. Политехнический музей

    В вечере поэтической группы "Московское время" приняли участие три из шести основных ее членов - Сергей Гандлевский, Алексей Цветков и Татьяна Полетаева; четвертый участник группы - Александр Сопровский (1953-1990) - был представлен только что вышедшей книгой "Правота поэта" и одним из наиболее известных своих стихотворений ("Ода на взятие Сент-Джорджеса...") в исполнении Гандлевского; Бахыт Кенжеев отсутствовал по географическим причинам, Александр Казинцев - по идеологическим. Гандлевский и ведущий вечера Виктор Куллэ охарактеризовали "Московское время" как важную страницу истории неподцензурной русской поэзии 70-х - страницу, которая, впрочем, всеми участниками группы давно перевернута. Три поэта выступили со стихами, а Полетаева еще и с песнями. Собравшиеся почтили минутой молчания память Булата Окуджавы.



20.06. Крымский клуб

    Встреча с прозаиком Василием Аксеновым, читавшим, напротив того, стихи - вернее, стихотворные фрагменты нового романа "Новый сладостный стиль" (начальные главы опубликованы в "Знамени" #5 за т.г.), которым автор, по его словам, отказывает в самостоятельном статусе, рассматривая их лишь как своего рода "сгущение" прозаического письма (и это кажется верным, учитывая тяжеловесную повествовательность прозвучавших текстов). Вопросы, заданные Аксенову слушателями, литературы по большей части не касались; среди ответов писателя наиболее интересно с точки зрения литературы его заявление о том, что главой его семьи является Пушкин (так зовут аксеновского спаниеля).



25.06. Летний сад

    Вечер Германа Лукомникова представлял собой непосредственное развитие его выступления при открытии "Летнего сада" (18.06.), поскольку для начала Лукомников повторил читанный неделей раньше цикл Бонифация "Заметы сердца". Гвоздем программы стало первое исполнение подготовленного Бонифацием и завершенного Лукомниковым "Хореического наброска обратного словаря двусложных фонетических волновых каламбуров" (длина названия вполне соответствует длине всего текста). Сочинение это состоит из нескольких сот словесных трансформов типа "мышкамышкамышкамыш" (по одному или в небольших количествах использовавшихся Дмитрием Авалиани, Андреем Вознесенским и самим Бонифацием - в частности, в книге "Вшнiя воды"), расположенных по принципу обратного словаря (в алфавите последних букв) и сопровождаемых пририфмованными к каждому строчками-пояснениями. К концу исполнения "Наброска" часть публики не без демонстративности переместилась к буфетной стойке, высветив тем самым важную особенность салонного пространства - совмещение зала и буфета в одном помещении (нет сомнений, что этот выигрышный момент будет непременно использоваться выступающими в "Летнем саду" авторами). В дальнейшей программе вечера преобладали стихи (в числе прочих был исполнен текст Лукомникова "Сто тысяч почему"; правда, проверить количественную точность исполнения не удалось, поскольку по ходу чтения автор вновь, как и 18.06., покинул Салон через окно).



26.06. Музей Маяковского

    Презентация книги стихов Савелия Гринберга "Осен'ия" (М.: Carte blanche, 1997) - первой в России книги 83-летнего поэта, живущего в Израиле. Гринберг, в 30-е годы участвовавший в так называемой "бригаде Маяковского", а в 60-е работавший в музее Маяковского (тогда еще не на Лубянке), и в стихах своих следует традиции Маяковского (и отчасти - Хлебникова и Каменского); напрямую от Хлебникова - и его интерес к палиндрому, которым Гринберг начал заниматься еще в 60-е. Был прочитан своего рода конспект вышедшей книги - стихи из всех ее разделов. В начале вечера была зачитана приветственная телеграмма Геннадия Айги.



28.06. Shakespeare

    Выступление Виктора Ерофеева представляло собой лекцию о современной русской прозе в связи с проектом Ерофеева "Русские цветы зла" - антологией современного русского рассказа, уже выходившей по-английски и только что изданной по-русски (М.: Подкова, 1997). Ерофеев пояснил, что в основе антологии - представление о новой русской литературе как исследовании зла, понимаемого как неотъемлемая часть человеческой личности, а не как результат воздействия внешних факторов; отвечая на вопрос о том, что он понимает под злом, Ерофеев сослался на некоего православного старца, учившего, что зло - это то, что отдаляет человека от Бога и людей. Впрочем, Ерофеев добавил, что в современной русской литературе, переживающей, с его точки зрения, очередной (следующий после "серебряного века") период расцвета, есть и другие яркие авторы, не представляющие эту тенденцию, - их работы в антологию не вошли. Из авторов, которых ему хотелось бы видеть в антологии, нет в ней только Людмилы Петрушевской, отказавшейся участвовать в этом проекте. Ерофеев отметил также, что, с его точки зрения, получившаяся антология представляет собой достаточно цельный текст - путешествие русской души, и поэтому может читаться как своего рода единый роман (этим, по-видимому, объясняется и имя Ерофеева на обложке антологии).



30.06. Образ и мысль

    Вечер поэта Владимира Герцика. Герцик прочитал целиком книгу "Поворот клюва", составленную из 108 хайку со строго выдержанной силлабической схемой (5-7-5); наиболее живую реакцию слушателей вызвали шуточные тексты (то, что в японской традиции называется "сенрю"), хотя и среди других хайку было немало удач - как по непосредственному лирическому переживанию, так и с точки зрения "попадания" в стилистику и интонацию инокультурного жанра. Затем Герцик представил тексты двух малоизвестных авторов, работавших в 70-е гг.: оригинальную лирику Павла Золкина и разножанровые тексты Олега Назаровского, среди которых выделялась своего рода эпистола-манифест (содержащая апологию "плохих стихов" как ступени к художественному восприятию нехудожественного (= любого) текста), а также стихотворный цикл "Пауза", посвященный памяти мореплавателя Беллинсгаузена и местами приближающийся к приговской поэтике, и рассказ без заглавия, посвященный писателю Шукшину.





Вернуться на главную страницу Вернуться на страницу
"Литературная жизнь Москвы"
Предыдущий месяц Следующий месяц


Copyright © 1997 Союз молодых литераторов "Вавилон"
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования