Май 1997

ХРОНИКА



1.05. Классики XXI века

    Презентация книги Дмитрия Авалиани "Улитка на склоне" (М.: Эпифания, 1997) неожиданно оказалась двойной: к этому же дню подоспела и другая книга Авалиани - "Иной реестр" (М.: А и Б, 1997). Оба названия исполнены автором как листовертни: в них превращается его имя и фамилия. Б'ольшую часть времени Авалиани уделил своим экспериментальным работам - прежде всего, разнообразным листовертням, продемонстрировав при этом различные приемы циклизации (в том числе изобретенные им специально для этой формы, - одно и то же слово, превращающееся при переворачивании в разные), а также особый "поджанр" - листовертень на фоне репродукции или графической работы (использовалась, в частности, интересная графика Павла Тюрина и произведения отца и сына автора - Евгения и Ивана Авалиани). Обильно были представлены на вечере палиндромы и так называемые "каламбуры", т.е. тексты, построенные на перемещении межсловных границ в попарно идентичных по буквенному составу строках и представляющие собой, таким образом, идеальную панторифму. Произведения в этих трех формах не только читались, но и были вывешены на заднике сцены. Комментируя читаемое, Авалиани назвал свое творчество "строгой игрой", подчеркнув, что воспринимает неклассические литературные формы, с которыми работает, не как чистую игру или самодостаточный эксперимент, но как - в духе Хлебникова - открывание экзистенциальных зависимостей и закономерностей. С другой стороны, Авалиани отметил, что изобретение собственных жанров и форм важно для него и в прагматическом аспекте, поскольку дает ему возможность "играть на собственном поле по своим собственным правилам".



2-3.05. Музей Сидура

    VII Фестиваль свободного стиха, организованный поэтом и исследователем Юрием Орлицким, был объявлен как Московский, однако, по давней традиции, на него съехались поэты далеко из-за пределов Москвы - от Киева до Братска.

    Первый день Фестиваля был отдан конференции "Вчера, сегодня, завтра русского верлибра", в ходе которой актуальной русской поэзии были посвящены два выступления: сообщение Дмитрия Кузьмина о вышедших в 1996 г. авторских сборниках наиболее ярких авторов-верлибристов младшего поколения - Хамдама Закирова, Станислава Львовского, Андрея Сен-Сенькова и Сергея Тимофеева, - и полемическая реплика Александра Макарова-Кроткова, направленная против попыток превратить верлибристику в своего рода "особую зону" с отдельной иерархией ценностей и авторитетов, в которой оказалось бы значимым то, что в общем контексте современной русской поэзии никакого значения не имеет (претензии такого рода Макаров-Кротков связал прежде всего с деятельностью Карена Джангирова на рубеже 80-90-х гг.). В заключение конференции петербургские поэты Арсен Мирзаев, Дмитрий Григорьев, Сергей Завьялов и Лариса Березовчук представили оригинальную стихотворно-филологическую композицию. Каждый из названных авторов выступил с чтением своих текстов (которые одновременно - с целью уяснения графического облика текста - демонстрировались на экране посредством доставленного с берегов Невы архаического проектора с надписью "Используется только учителем", - видимо, из-за несоблюдения этой нормы в середине программы аппарат сломался). При этом Березовчук и Завьялов комментировали выступления, характеризуя своеобразие поэтики каждого автора. Сам комментарий вызывал некоторое недоумение широким использованием терминологии непонятного происхождения и не очень ясного значения, в результате чего до смысла добраться было почти невозможно, - однако найденная петербуржскими авторами гибридная форма представляется весьма и весьма перспективной. Среди прозвучавших в этой части стихов выделялись работы Завьялова, глубоко укорененные в раннеантичную традицию - не только в образном, интертекстуальном, идейном отношении, но и ритмически (стремящиеся к максимальной сложности логаэды, составленные из силлабо-тонических аналогов древнегреческих стоп); после этих стихов становилось понятно, что прозвучавший на конференции доклад Завьялова об античных корнях верлибра представлял собой в действительности характеристику его собственной творческой практики.

    В дневной программе второго дня - "Свободных чтениях"- выступили около 40 авторов. В традиционной форме миниатюры, балансирующей между созерцательностью и сентенциозностью, наиболее яркие работы представил лауреат предыдущего фестиваля Евгений Понтюхов из Орловской области, чьи деревенские темы и мотивы неожиданно перекликаются с классическими хокку и танка; удачные тексты встретились у петербуржца Валерия Земских и Вячеслава Васина. Отклонение от этой традиции в сторону большей повествовательной развернутости оказалось успешным у Валентины Пахомовой, в сторону медитативности и символизации - у Татьяны Данильянц, в сторону брутального парадокса - у петербуржца Дмитрия Чернышева. Другие традиции были, как обычно, представлены слабее: к французской, с ее сложными конструкциями, элементами монтажа, инкорпорированием внесловесных элементов и замысловатой графикой, явно апеллировал Александр Карвовский (известный специалистам как видный переводчик русской поэзии на французский язык); к англо-американской, вплоть до Дж.Мориссона, - Станислав Львовский; следы сюрреалистической поэтики можно увидеть в текстах Игоря Жукова (Иваново) и Данилы Давыдова. Своеобразный миниспектакль-мелодекламацию представила киевлянка Леся Тышковская. Как всегда, звучали и тексты, не принадлежащие к свободному стиху, и если изящную небольшую поэму белыми ямбами, прочитанную Севой Рожнятовским (Псков), можно отнести на счет слабого знакомства автора с теорией стиха (что, впрочем, само по себе извинительно), то два других автора явно совершили (независимо друг от друга) преднамеренный шаг, огласив с достаточно правдоподобной верлибрической интонацией и паузировкой прозаические фрагменты: Александр Ильянен (Петербург) - отрывок из лирического романа "У нас он офицер...", Вадим Вильдштейн (Нью-Йорк) - несколько миниатюр из абсурдистского цикла "Рассказики". Особняком стояло выступление четырех участников группы "Олимпийские игры" из г.Тольятти (впрочем, переименованного "олимпийцами" в Тройник), объединенных стилистикой иронического примитивизма, а среди них - Ладо Мерания, читавшего откровенно прозаические "Письма трудящихся Михаилу Деревящщикову" (так, через два "щ", - псевдоним другого участника группы, вообще питающей слабость к разного рода переименованиям и переозначиваниям). Выступили также Полина Слуцкина, Дмитрий Кузьмин, Марк Ляндо и др.

    В вечернюю программу хозяева Фестиваля выделили авторов с наиболее устойчивой, по их мнению, творческой репутацией. Текст "Вопросы литературы" (1992) прочитал Лев Рубинштейн. По случаю дня рождения Стеллы Моротской посвященные ей тексты читал Александр Макаров-Кротков; затем выступила и сама именинница. Среди стихотворений, прочитанных Анатолием Кудрявицким, особый интерес аудитории вызвал текст, составленный из результатов работы компьютерной программы, проверяющей орфографию, над списком фамилий русских поэтов. Спел (!) несколько своих текстов Дмитрий Григорьев. Герман Лукомников, наряду с текстами Бонифация и "Подражаниями Бонифацию", впервые, если мы не ошибаемся, обнародовал новую форму - "Подражания Лукомникову". Выступили также Сергей Бирюков (прочитавший, в частности, стихи, написанные в отделении реанимации), Владимир Строчков, Иван Ахметьев, Владимир Тучков, Юрий Орлицкий и Арсен Мирзаев. Стихотворное приветствие Музею Сидура прочла Софья Дубовская.



5.05. Образ и мысль

    Вечер прозаика Елены Гордеевой, работающей в жанре автобиографической эссеистики.



6.05. Авторник

    Вечер петербургского поэта Ларисы Березовчук. Музыковед по образованию, Березовчук во многом ориентируется на музыкальную, а не литературную традицию, - в частности, в использовании сложной (вагнеровской?) системы лейтмотивов, да и вообще в области композиции. Свои произведения она называет композициями, хотя, пожалуй, определение "опера" довольно точно отражало бы суть дела, тем более что все работы Березовчук характеризует не только эксплицитная сюжетность, но и развитая система персонажей (да и дословный перевод латинского "opera" как "труды" тоже пришелся бы кстати). Сочинения Березовчук поражают, помимо прочего, своим масштабом: так, об исполненной на вечере в отрывках композиции "Поднадзорные - соглядатаи" автор говорит, что в полном виде она бы длилась свыше 9 часов (чрезвычайно характерно, кстати, как стремление мерить стихотворный текст временем его "озвучивания", так и разговор об "исполнении" этого текста, а не "прочтении", хотя бы и вслух: текст, записанный на бумаге, Березовчук рассматривает как своего рода партитуру, а довольно сложную графику своей поэзии - как способ обозначить характер ее звучания). "Поднадзорные - соглядатаи" повествуют о Варфоломеевской ночи и предшествовавших ей событиях; степень исторической достоверности художественного текста, насколько можно судить, весьма велика (скажем, одна из сцен, происходящая в оружейном погребе, содержит подробный перечень наличного вооружения с его особенностями, другая в деталях воспроизводит ход урока фехтования, и т.п.). По сути дела, работа Березовчук оказывается первой за многие десятилетия конструктивной попыткой создать стихотворный эпос, самая возможность которого в современной русской поэзии находилась под сомнением больше полувека - со времен, может быть, Волошина и Сельвинского. Однако широко поставленные жанро-видовые задачи сочетаются в поэзии Березовчук с не менее фундаментальной работой на других уровнях текста - языковом, тропеическом. Так, Березовчук принципиально отказывается от речевой метафоры, культивируя взамен метафору предметную (любое означаемое стремится стать означающим), поворачивает вспять историю языка, заставляя в кульминационных разделах композиции пространственные приставки обособляться обратно в предлоги, и т.д. Известность Березовчук не выходит за пределы узкого круга слушателей (поскольку тексты ее практически не публиковались), однако масштаб выдвигаемых ею новаций позволяет отнести ее к числу наиболее актуальных поэтов сегодняшней России. Выступление Березовчук предварила кратким вступительным словом Татьяна Михайловская. После исполнения композиции (в котором ей ассистировал чтец Михаил Сапонов) Березовчук немного рассказала о своих творческих принципах, а также о планах оживления литературной жизни Петербурга - в частности, о планируемом цикле вечеров, в центре которых будет вопрос авторской рецитации (= исполнения) стихов, с ориентировочным участием Аркадия Драгомощенко, Сергея Завьялова, Александра Горнона.



7.05. Крымский клуб

    Презентация сборника "Полуостров" (М.: АРГО-РИСК, 1997)одноименной поэтической группы была организована с элементами экстравагантности: в частности, Николай Звягинцев во время вечера по большей части стоял на расположенной посреди зала стремянке, соседствуя на ней с плакатом: "В Крыму нет кротов! Игорь Сид" (эту фразу Звягинцев охарактеризовал как свой любимый моностих; Сид, впрочем, отказался от такой лестной характеристики, заявив, что это, собственно, всего лишь зоологический факт, послуживший в свое время заголовком для статьи культуролога Кнута Адевитса). К потолку были подвешены разрозненные листы из презентуемой книги (подаренные в итоге Льву Рубинштейну в знак любви и уважения к его творческому методу), а среди публики был проведен конкурс по определению вышедшего сборника на ощупь (среди схожих по формату и объему), каковую задачу с завязанными глазами успешно решил Тимур Кибиров. Сид и Звягинцев читали свои стихи и стихи других участников группы Михаила Лаптева, Андрея Полякова, Марии Максимовой; Максимова также выступила со своими стихами. Посредством междугородней телефонной связи на вечере выступил и находящийся в Симферополе Андрей Поляков, прочитавший стихотворение и рассказавший о погоде в Крыму. Кроме того, Сид прочел несколько стихотворений Михаила Айзенберга, Ивана Жданова и Тимура Кибирова. Были зачитаны написанный Поляковым манифест "Полуострова" и своего рода "гимн" группы - стихотворение Лаптева "С запрещенным лицом я иду по сосне..." (последнее читали Сид и Звягинцев хором). Свои тексты и тексты участников группы читали гости вечера - Кибиров, Дмитрий Воденников, Виктор Куллэ, Михаил Сухотин, Данила Давыдов; со стихотворным приветствием Сиду и его "Крымскому клубу" выступил Игорь Резголь.



8.05. Классики XXI века

    Презентация книги стихов Елены Дунской "Уже смешно, хотя и грустно" (М.: Изд.Е.Пахомовой, 1997). Автор исполнила песенки и стихи, квалифицируя их по ходу исполнения как медицинские, генеалогические, кулинарно-экологические, постапокалиптические и т.п.



12.05. Крымский клуб

    Презентация книги стихов Тимура Кибирова "Парафразис" (СПб.: Пушкинский фонд, 1997). Кибиров читал стихи из книги.



12.05. Образ и мысль

    Вечер памяти Константина Сергиенко (1940-1996) - прозаика (исторические романы для детей, шумно известная в конце 80-х - в том числе по театральным постановкам - повесть "До свидания, овраг!") и переводчика (в частности, романа Генри Миллера "Тихие дни в Клиши"). Организатор вечера Фаина Гримберг сравнила манеру Сергиенко с Гайто Газдановым, заметив также, что детская проза советской эпохи, особенно историческая, стала прибежищем для целого ряда талантливых авторов. О человеческом и писательском обаянии Сергиенко вспоминали Михаил Айзенберг, Михаил Синельников, Юрий Ряшенцев. Читались фрагменты лирического дневника Сергиенко 70-х гг., Алексей Паперный исполнил две песни из несостоявшейся постановки повести "До свидания, овраг!" в театре Марка Розовского. Ведшие вечер друзья Сергиенко так и не решились прочитать какие-либо из драматических сценок Сергиенко, персонажами которых выступают ведущие авторы неофициальной литературы 80-х.



14.05. Крымский клуб

    Презентация альманаха "Фигли-мигли" (М.: Белый город, 1997), подготовленного творческим центром "Черная курица". Альманах, переживающий второе рождение (вместо тоненькой брошюрки, как прежде, - 160-страничный том с подзаголовком "Дед Мазай спасает В.И.Чапаева на глазах изумленных Герасима и Му-Му"; правда, часть материалов перенесена из предшествующих, более скромных выпусков), представили его редакторы-составители Андрей Абрамов и Лев Яковлев. Со стихами выступили Андрей Анпилов, Александр Вознесенский, Герман Лукомников, Иван Ахметьев, Игорь Жуков, Марина Бородицкая, Михаил Есеновский, Тим Собакин, с прозаическими миниатюрами - Юрий Вийра и днепропетровец Борис Худимов. Альманах в целом и вечер в частности строились на встречном движении литераторов, видящих в литературе для детей (по определению обязанной быть яркой, динамичной, эмоционально насыщенной) резерв и ресурс "большой" литературы, - и авторов, чья вполне "взрослая" поэтика включает элементы (лаконизм, пристрастие к повторам и другим эксплицитным композиционным решениям, склонность к обнажению приема, определенная инфантильность оптики - наивность или демонстративность), позволяющие предлагать их тексты хотя бы гипотетической детской аудитории. Некоторый междусобойный акцент (проявившийся в анекдотах Вийры - другие авторы альманаха в виде действующих лиц - и выдержанном в обериутских тонах "любовном письме" Есеновского Бородицкой) казался - редкий случай - довольно органичным.



15.05. Классики XXI века

    Презентация журнала "Дружба народов", #5 за 1997 г. Вечер открыл главный редактор журнала Александр Эбаноидзе, посетовавший на спад интереса к литературе в связи с тем, что "у рынка неинтеллигентное лицо", а новые технологии передачи информации - например, кино и телевидение - неспособны передавать подлинно сложные и глубокие мысли и чувства. Далее выступали авторы журнала. Прозаик Сергей Чилингарян познакомил слушателей с образцами своей юмористической миниатюристики (вроде: "Спит попеременно с матерью и дочерью и находит в этом поэзию," - кажется, после Набокова это не очень смешно). Асар Эппель снова, как и 27.03. в ЦДЛ, зачитал текст своей колонки из газеты "Московские новости", причем тот же самый. Владимир Корнилов прочел поэму с метафикциональным названием "Глухота". Со стихами и миниатюрами выступил Владимир Строчков. Наибольшее оживление публики вызвало выступление Василия Голованова, рассказавшего о своем документальном повествовании "Остров", печатающемся в "Дружбе народов" и посвященном быту и людям острова Колгуева в Северном Ледовитом океане. Вечер завершил поэт Алексей Смирнов, спевший несколько чрезвычайно возвышенных песен под гитару. На прощание Эбаноидзе порадовал собравшихся планами журнала "для повышения подписки пустить в бой старую гвардию - Григория Бакланова, Анатолия Рыбакова" и т.п.



15.05. Музей Маяковского

    На вечере памяти Юрия Виноградова, организатора литературных вечеров в музее Маяковского, с воспоминаниями, стихами Виноградова и собственными стихами выступили друзья покойного и участники проводившихся им вечеров, в т.ч. Борис Горзев, Герман Гецевич, Лидия Григорьева, Игорь Иртеньев, Евгений Попов.



17.05. Музей Сидура

    В программе, представленной Ры Никоновой на своем авторском вечере, доминировала "вакуумная поэзия", т.е., собственно говоря, концептуальные мини-акции, в которых вербальные элементы (за вычетом названия акции и - иногда - комментариев к ней) полностью элиминированы при сохранении, как правило, какой-то - часто весьма экстравагантной - привязки к литературной или книжной сфере. Во многих случаях объектом действия выступала книга или бумага: Никонова вздыхала над книгой ("Дыхание не над Деррида"), прокладывала страницы пустыми листами ("Букерброд"), вентилировала книгу, фиксировала расстояние между книгами (а также между страницами, словами, книжными шкафами и т.п.), бросала книги на пол ("Стихотворение для танкистов"), вырывала страницы по прочтении (в этом случае объектом послужил сборник советского поэта-функционера 50-60-х гг. Александра Прокофьева); бумага резалась или рвалась ("Бумажный пейзаж", "Салат из белой бумаги"), прорывалась, сжигалась ("Кремация белой бумаги"; сработала пожарная сигнализация, приезд спасательной бригады едва удалось предотвратить). В ряде акций объектом-медиатором, связывающим текст акции с литературной сферой, выступал процесс письма, как в "Стихах для ангелов" (выписываемых светом карманного фонарика при погашенном свете в зале) или в завершавшей вечер "аэродинамической подписи автора в воздухе". Наконец, излюбленным объектом оказался слушатель (шире говоря - контрагент автора по литературному общению) - например, "Измерение расстояния от поэта до публики" (шагами и с помощью рулетки). Вообще непосредственный контакт с аудиторией, с адресатом текста для Никоновой чрезвычайно характерен и проявляется даже в типичном клише названия: "Стихотворение для ...", - в рамках вечера прозвучали "Стихи для пчел", "Стихи для улиток", "Стихи для пьяных", "Стихотворение для неграмотных", "Стихотворение для нервных", "Стихотворение для кретинов" (в качестве адресата по собственной инициативе заявил себя Герман Лукомников)... Особый характер приобретал этот контакт при демонстрации "тактильной поэзии", представляющей собою так или иначе концептуализированные прикосновения. Разумеется, не была обойдена и проблематика молчания, использования отсутствия знака в качестве знака ("Четыре пункта молчания", в которых Никонова молчала последовательно в четырех разных точках зала; молчание ряда слушателей в поднесенный Никоновой рупор - причем Никонова оценивала качество молчания каждого участника: вероятно, по мимике; "односторонняя тишина", которую прослушивают, заткнув одно ухо...). Некоторые акции были лишены указанной привязки и поэтому производили впечатление рефлексии скорее над визуально-пластическим искусством, чем над литературой, - таковы были "Пять поворотов головы: посвящается фараону Тутанхамону" (образец "чисто ориентационной поэзии"), посвященное Малевичу выстраивание всех присутствующих в квадрат и др. С другой стороны, прозвучал ряд достаточно однозначных (главным образом заумных, но не только) стихотворений. Никоновой ассистировали музыкант Сергей Летов и филолог-славист Джеральд Янечек, выступивший в данном случае как авангардный пианист.



17.05. Малый зал ЦДЛ

    Вечер поэтов Ирины Суглобовой и Сергея Гловюка. Суглобова представила только что вышедшую книгу "Стихотворения" (М.: Гуманитарный фонд содействия культуре, 1997).



18.05. Малый зал ЦДЛ

    Презентация сборника "Кипарисовый ларец - 3" (М.: АВМ, 1997), представляющего участников одноименной "литературной мастерской", которые, по словам руководителя мастерской Ольги Татариновой, стремятся "отделиться от общепостмодернистского направления современной поэзии в сторону поэзии Серебряного века". Выступили 14 авторов, в том числе Людмила Вагурина, Игорь Болычев (с поэмой "Эпилог-91"), Артур Крестовиковский, прочитавший "готические стихи" (в которых каждое слово вынесено в отдельный стих). Среди авторов "младшего поколения", у которых, по словам Татариновой, "уже нет генезиса с советской поэзией, а только с мировой", выделялись подражающий Хлебникову СКРЫ (Сергей Кромин), пробивающийся, кажется, к самобытности 27-летний Александр Кротков и почему-то попавший в эту группу Михаил Щербина, читавший палиндромы (не только свои, но еще хлебниковские и Германа Лукомникова). С восторженными отзывами о книге выступили Ольга Бараш и Сергей Павлинов.



19.05. Малый зал ЦДЛ

    Вечер литературной студии "Лилит" под руководством Кирилла Ковальджи и Евгения Бунимовича оказался совмещен с презентацией поэтического альманаха "Окрестности", составленного Данилой Давыдовым и Алексеем Корецким по большей части из сочинений авторов, близких к означенной студии, но также входящих в литературную группу "Между-речье" или примыкающих к ней. Внутренний конфликт вечера проистекал из органической непримиримости двух этих структур (поскольку любая студия предполагает статусное неравенство, так что участник студии eo ipso признает себя не вполне сформировавшимся автором, учеником, начинающим, - тогда как в группу объединяются авторы, так или иначе, хотя бы даже и без полного основания, воспринимающие себя и друг друга как состоявшееся явление). Поэтому заявления Ковальджи о том, что студия призвана помочь самоопределению молодых авторов, оказавшихся в результате ликвидации идеологического пресса в своего рода вакууме, оказались в очевидном противоречии с составом выступавших (и участников альманаха), многие из которых давно и неплохо интегрированы в литературную жизнь - и не только в рамках существующего уже третий год "Между-речья" (Корецкий, Максим Волчкевич, Наталья Черных), но и разными другими способами (Дмитрий Воденников, Данила Давыдов, выпустившая два сборника в Екатеринбурге и Самаре Виталина Тхоржевская, участники еще "Поэтического лицея" Константина Кедрова Людмила Вязмитинова и Андрей Цуканов). Изящным символом стали рассчитанные на 5 минут песочные часы, согласно которым выступающие должны были ограничивать время своего чтения, - Воденников и Черных, выступая, держали часы горизонтально, тем самым стремясь, напротив, управлять временем. Сами по себе выступавшие авторы являли собой довольно разнородную картину - в диапазоне от суховато-архаичного Волчкевича до экспрессивной, не чуждой влияния рок-культуры Тхоржевской, от модернистски ориентированного Давыдова до апеллирующей к фольклору и притче Черных; помимо названных, стоит отметить Максима Свищёва. Авторы, не принимавшие участия в альманахе, выступали во втором отделении и были заметно слабее, что лишний раз иллюстрировало исчерпанность студийного существования литературы, достаточно яркого и плодотворного (в лице, прежде всего, той же студии Ковальджи) в позднесоветскую эпоху.



19.05. Образ и мысль

    Вечер молодых авторов. Среди трех совсем юных авторов выделялся Иван Бабицкий с не лишенными изящества переводами французской поэзии (от Бодлера до Аполлинера).



20.05. Авторник

    Шестой вечер цикла "Антифон": Нина Искренко и Света Литвак. Завершающий вечер цикла был подан организаторами как торжество идеи диалога, являющегося ведущей конструктивной силой в литературном пространстве, над любыми обстоятельствами, препятствующими обмену репликами. Диалог Искренко и Литвак, чья личная и творческая близость часто и давно отмечалась, состоялся вопреки тому, что уже два года одной из авторов с нами нет. На фоне своей картины с изображением двух обнимающихся женщин Литвак читала за двоих, поочередно - свои тексты и тексты Искренко, маркируя момент перехода посредством небольшого непонятного механизма, издававшего сверчково-тикающий звук. Множество текстуальных перекличек наглядно свидетельствовало о том, что такой диалог происходил в жизни и творчестве авторов на самом деле; однако куда важнее была возможность вплотную сопоставить две поэтики и уяснить, как и что развивает Литвак в традиции Искренко. Восприняв ряд композиционных и версификационных особенностей Искренко (например, любовь к повторам, включая тавтологии и, напротив, повторные проведения мотива с кардинальным переосмыслением и сменой акцентов), Литвак, с одной стороны, смягчила их эффект, вписав в гораздо более сдержанную и традиционную - даже в метроритмическом отношении - систему, с другой же - усилила их метафизический и экзистенциальный смысл. Сходным образом лирический герой Искренко теряет у Литвак резкость, сглаживает свои острые углы, отчего только рельефнее выступает одиночество и неприкаянность.



22.05. Классики XXI века

    Вечер поэта Андрея Грицмана. Во вступительном слове Алексей Алехин отметил, что Соединенные Штаты Америки в последние годы стали, пожалуй, третьей по значению (после обеих столиц) точкой на географической карте русской поэзии. Однако, добавил он, на этом фоне выделяется новая тенденция: поэзия эмиграции перестает осмыслять себя как оторванную часть, ожидающую воссоединения, формируется русско-американская, русско-немецкая, русско-израильская литература, осознающая себя как самобытную и самоценную; эту-то тенденцию, по мнению Алехина, ярко представляет творчество Грицмана. Стихи Грицмана, не звучавшие в России больше года, стали заметно крепче, особенно привлекательным в них часто оказывался пристальный взгляд, позволяющий поэту дать точную и богатую предметными и психологическими подробностями картину некоторого участка жизни (как сегодняшней американской, так и российской, в том числе уже не сегодняшней) без настойчивого педалирования доминирующей эмоции, как бы объективно (в чем, возможно, сказывается влияние американской поэзии середины века).



23.05. Литературный музей

    Встреча с поэтом и переводчиком Кристиной Зейтунян-Белоус, известной также как художник-график (в помещении музея была развернута ее выставка). В живом диалоге с залом Зейтунян рассказала о проблемах перевода поэзии с русского на французский, связав трудность этого занятия с невозможностью передать более богатые и разнообразные возможности силлабо-тоники средствами более бедного силлабического стиха. Шла речь и о восприятии русской поэзии во Франции (Зейтунян отметила сравнительную популярность Марины Цветаевой, Геннадия Айги, известность Натальи Стрижевской, более знакомой русскому читателю в качестве переводчика). Затем Зейтунян прочитала ряд собственных стихотворений, среди которых ведущее место занимал своего рода инсектарий - цикл текстов, посвященных различным насекомым, в любви к которым с раннего детства автор тут же призналась. Собравшиеся много и с удовольствием говорили о прозвучавших текстах и представленных картинах: Владимир Тучков и Дмитрий Кузьмин отметили взаимосвязь между ними, позволяющую стереоскопически увидеть авторскую индивидуальность, художник Михаил Ромадин обратил внимание на сходство творческого метода Зейтунян-графика с "автоматическим письмом" сюрреалистов. Владимир Аристов говорил о высоком мастерстве Зейтунян-переводчика. В разговоре приняли участие также Анатолий Ким, Рада Полищук, Анатолий Курчаткин. Со стихами выступили поэты, которых Зейтунян переводила, - Татьяна Щербина, Юрий Арабов, Марк Шатуновский, Андрей Вознесенский, Аристов и Кузьмин.



24.05. Shakespeare & Co

    В одной поэтической программе выступили три довольно разных автора, объединенных разве что тем, что все они причастны к двум видам литературной деятельности - поэзии и поэтическому переводу. Андрей Грицман начал свое выступление с перевода на русский язык стихотворения Алена Гинзберга "Супермаркет в Калифорнии", а затем читал свои стихи, написанные по-английски и по-русски (последние - с собственным переводом на английский, производившим впечатление некоторой буквалистичности), и переводы русской поэзии на английский язык (современная была представлена именами Михаила Айзенберга и Владимира Гандельсмана). Американский поэт и переводчик русского происхождения Алекс Сигал прочитал два оригинальных текста и переводы двух стихотворений Иосифа Бродского на английский, а также познакомил собравшихся с издаваемым им журналом "Synaesthetics", посвященным пограничным явлениям в искусстве. Поэт Григорий Кружков, более известный как переводчик с английского, прочел несколько ярких стихотворений, среди которых горькой иронией и блестящей работой с необычным для лирики языковым пластом - профессионализмами - выделялось превосходное "Начало романа".



26.05. Образ и мысль

    Вечер поэта Андрея Воркунова, представившего не только стихи (из книги "Троянский кот" 1995 г. и более поздние), но и песни (в собственном исполнении), а также рассказы; вне зависимости от формы и жанра выдерживался единый стиль, определенно восходящий к позднесоветской юмористической поэзии, но приобретающий экзистенциальное измерение в результате принципиальной оторванности от контекста приснопамятной 16-й полосы "Литературки". В середине программы вступительное слово произнес Иван Ахметьев, объединивший Воркунова с Владимиром Строчковым, Александром Левиным и Михаилом Щербиной под условным названием "московское барокко".



28.05. Большой зал ЦДЛ

    Встреча с редакцией и издателями журнала "PostScriptum" оказалась совмещенной: вместе с литературным изданием представляли историческое - альманах "Минувшее", выпускаемый тем же Владимиром Аллоем; эта контаминация придала мероприятию несколько невнятный характер, поскольку и аудитория, и выступающие четко разделились на заинтересованных в одном и в другом. В "литературной части" первое слово принадлежало Самуилу Лурье, кратко представившему издание и охарактеризовавшему его эстетические ориентиры посредством ссылки на имена, которые представляются Лурье наиболее значимыми в сегодняшнем литературном процессе (Владимир Шаров в прозе, Тимур Кибиров в поэзии, Ольга Шамборант в эссеистике). В качестве авторов журнала выступили Виктор Топоров, Владислав Отрошенко, Марк Шатуновский и Леонид Костюков. Топоров в присущем ему эпатажном ключе заклеймил регулярно печатающее его издание как расхлябанное и необязательное, не создающее никакого внятного контекста и вообще унылое, как сама демократия, - впрочем, добавил он, веселее демократии может быть только тоталитаризм, а печататься в таком расхлябанном издании ему даже приятно, поскольку только здесь его статьи "с профетической интенцией" не выглядят жестом и вызовом, а остаются нормальным голосом в общем бессвязном разноголосье. Мысль Топорова развил Отрошенко, отметивший, что "PS" создает для авторов своего рода нейтральный фон, на котором каждый текст читается самодостаточным образом; и Отрошенко, и Топоров противопоставили по этому признаку "PS" московским "толстым журналам", навязывающим свой контекст и свою политику каждому автору и тексту. С этим подходом не согласился Дмитрий Кузьмин, подчеркнувший, что с точки зрения поэтики, стилистики и внутренней структуры "PS" как раз обладает, в отличие от "толстых журналов", цельностью и внятной позицией, которую можно охарактеризовать как "конструктивный традиционализм", однако наиболее интересные публикации журнала - в частности, проза Отрошенко, - выходят за рамки этой литературной тенденции, и это лишний раз доказывает, что самое интересное сегодня происходит в литературе на стыке традиций, при взаимодействии различных художественных языков. Администратор в области образования Галина Белая заклеймила литературную жизнь Москвы - "города, где никто никого не читает, кроме себя". Сотрудник "Литературной газеты" Павел Басинский заявил, что не любит Набокова. Выступили также Сергей Костырко, Шаров и поблагодаривший всех Кибиров. Литературные произведения на вечере не звучали.



29.05. Классики XXI века

    Презентация компакт-диска Александра Левина "Французский кролик", увенчавшего работу Левина по синтезированию компьютерного музыкального сопровождения к своим песням (см. 20.12.96), прошла, однако, с "живым звуком" - в еще одном, неожиданном для слушателей (и отчасти для самого Левина) варианте: под аккомпанемент двух гитар (Елена Малахова и Оксана Шитова) и синтезатора (сын поэта Андрей). С поздравлениями выступили Юрий Орлицкий и Владимир Строчков.



29.05. Театр Юного Актера

    Презентация книги Веры Павловой "Небесное животное" (М.: Золотой век, 1997). Несмотря на малую известность даже в профессиональных кругах, Павлова - одно из самых ярких имен в "пропущенном" поколении нынешних 30-летних: в ее поэзии гендерная заостренность уживается с ясной лирической интенцией (что для русской поэзии редкость едва ли не со времен Шкапской); впрочем, рядом с Павловой уместно вспомнить и Нину Хабиас (особенно если иметь в виду вызвавшее наибольший отклик аудитории стихотворение "Подражание Ахматовой":

      и слово хуй на стенке лифта
      перечитала восемь раз

    - заметим, что ключевое слово Павлова произнести так и не решилась, объяснив разочарованной публике: "В зале дети"). С приветствиями выступили режиссер Сергей Каковкин и один из "первооткрывателей" Павловой Владимир Салимон (другой - Борис Кузьминский - предпочел остаться в тени, причем в буквальном смысле: Павлова читала в луче софита, обращаясь в затемненный зал). Вел вечер муж поэтессы Михаил Поздняев.



31.05. Shakespeare & Co

    Презентацию своей книги "The Monkey Link" только что вернувшийся из США Андрей Битов начал чтением фрагмента по-русски - затем, по обыкновению, перевод на английский прочла Мэри Данкен; однако после второго русского фрагмента Данкен читала по-английски уже не его перевод, а продолжение, дальше продолженное Битовым опять-таки по-английски. Получилось что-то вроде акции, которую условно можно было бы назвать "Выбор языка". В зале были замечены Генрих Сапгир, Дмитрий Добродеев, Григорий Кружков.





Вернуться на главную страницу Вернуться на страницу
"Литературная жизнь Москвы"
Предыдущий месяц Следующий месяц


Copyright © 1997 Союз молодых литераторов "Вавилон"
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования