Олег ДАРК

КЛИТЕМНЕСТРА

Трагедия

 


Действие первое


Действие третье

Во дворце Клитемнестры. На возвышении кресло вроде трона, с очень высокой спинкой, в котором сидит поджав ноги Эгисф. Кресло слишком просторно для него, и он перемещается, словно переползает на сиденье. Слева от кресла и впереди него дети играют с черепахой, то запускают ее, то возвращают, по-разному ее направляют, передавая друг другу. Вместе с ними за черепахой на коленях ползает Гермиона. Эгисф следит за ними, меняя свое положение на троне.


    Эгисф (возбужденно). Сейчас перелезет, сейчас же перелезет.
    Мальчик. Да вижу я. Не перелезет. (Возвращает черепаху, не давая ей преодолеть некую установленную границу, образованную сторонами квадратов на полу. Девочке.) Теперь ты.
    Девочка (забирая черепаху). Здесь. Сиди здесь. Видишь, тут твой дом.
    Эгисф (почти прыгая на троне). Опять побежала.
    Мальчик. Никуда не побежала. Отстань. Просто гуляет.

    Ползают с Гермионой за черепахой.

    (Гермионе.) Говори же, чтo ты не говоришь? Ты ж обещала. Как будто ты черепаха.
    Гермиона (ползая). Ага. (Меняет голос и говорит "по-черепашьему".) Милые детки, отпустите меня погулять из дому. Мне так скучно в нем одной.

    Эгисф смеется.

    Мальчик (направляя черепаху).Ты не одна, ты не одна. Мы же тут.
    Девочка (Гермионе). А почему ты говоришь так, чтобы отпустили? Ей же должно нравиться. Вот у нее тут и спаленка, и кухонька, и свой садик. (Показывает на разные квадраты на полу.)
    Гермиона. Ага. (Говорит "по-черепашьему".) Милые детки! Как же мне тут нравится. Спасибо, спасибо! Есть у меня и свой садик, и я в нем уже погуляла-погуляла, и нагулялась совсем. И цветочки понюхала, и бабочек посмотрела, как они с одного на другой порхают, с одного на другой. А пойду-ка я лучше в мою маленькую спаленку. О, как я хочу поваляться в моей крошечной постельке. (Направляет черепаху.)
    Эгисф. В постельке. (Смеется.)
    Мальчик (строго). Она уже спала.
    Гермиона. Да? (Обычным голосом.) Тогда не знаю.
    Девочка. Ей теперь есть пора, вот.
    Гермиона. Ну конечно. ("По-черепашьему".) Пойду-ка я в свою... (Обычным голосом.) А где у нее столовая?
    Девочка и мальчик (одновременно, но показывая разные квадраты). Вот.
    Девочка. Нет, вот.
    Гермиона. Не спорьте. ("По-черепашьему".) Пойду-ка я в свою маленькую столовую, и милые дети принесут мне туда еды. (Направляет черепаху в один из квадратов. Мальчик хотел возразить, но передумывает. Это не его он показывал.)
    Эгисф (вдруг утратив интерес к игре). Оставь их, Гермиона, пусть они сами.
    Гермиона. А что делать-то?
    Эгисф. Поговори со мной. Ты никогда со мной не говоришь.
    Гермиона. Я говорю. О чем?

    Дети достают из лежащей рядом сумки листики и подсовывают под черепаху.

    Эгисф. Неужели тебе с ними так интересно? Интереснее, чем со мной?
    Гермиона. Мне со всеми интересно. А лучше, если я буду слушать, как ты говоришь то, что я не имею права слышать?
    Эгисф. Да как не имеешь, как не имеешь?
    Гермиона. Тетя очень ко мне добра. Я не могу предать ее.
    Эгисф. Разве ты предаешь? О, если б ты предала ее!
    Гермиона. Если я тебя слушаю, то предаю.

    Дети теребят ее, Гермиона рассматривает вместе с ними, как ест черепаха.

    Эгисф. Ты меня поэтому избегаешь?.
    Гермиона (склоняясь над черепахой). Не поэтому. Я не избегаю.
    Эгисф. Я не буду к тебе больше приставать.
    Гермиона. Не будешь больше? (Смеется.) Хорошо, говори. Что?
    Эгисф (вскочив с кресла). Если бы ты только захотела понять меня!
    Гермиона. Вот видишь, ты опять.
    Эгисф. Нет-нет (живо подбегая к Гермионе и поднимая протестующе руку). Но я ведь тут так, так... (удивленно или вопросительно) одинок. Ах, зачем я только приехал из Фив. Мне было так хорошо. Меня ценил царь, он меня звал к себе и со мной говорил. Спрашивал меня обо всем. Меня любили девушки.

    Гермиона смеется.

    Да, девушки. Они там совсем другие. Сильные, вольные. А как они любят!
    Гермиона. Фиванские девушки всем известны.
    Эгисф. Они хорошие, хорошие. А здесь... Вы же все будто вываренные. Даже и не хочется с вами ничего. (Гермиона смеется.) И меня здесь никто ни во что не ставит.
    Гермиона. Куда тебя надо поставить?
    Эгисф (не слушая). Моих приказаний не исполняют. На меня не обращают внимания. Как будто не видят. Иногда я сам думаю, а я есть, есть, есть я? (Лихорадочно ощупывая-охлопывая себя.) ... Может, меня нет.
    Гермиона. Ты есть. Мы все – есть. Как же можно сомневаться?
    Эгисф. А я сомневаюсь. И эта ужасная женщина.
    Гермиона. Кто такая?
    Эгисф (не слушая). Мужа она убила. И меня убьет... А я чувствую.

    За занавесью в двери справа становится видна Клитемнестра. Прислушивается.

    Убьет. Только это будет по-другому выглядеть. Я не знаю как, но по-другому.
    Гермиона. Тетя?
    Эгисф. Тетя, тетя! Она, все она кругом. То одно затеет... С этой землей еще. Развлечение! Собрать вместе и продавать. Это же надо сначала отнять. Или деньги раздавать бедным. Тоже!
    Гермиона. Тебе ж нравилось. И вы правда помогали. Народ ведь не виноват, если плохо живет. Может, кто-то не умер благодаря вам.
    Эгисф. Не нравилось. Плевать мне на народ. Сначала меня забавляло, а потом надоело. Но она же уже не может. Остановиться.
    Гермиона. А мне казалось, что это ты все придумывал.
    Эгисф. Нет. Я ничего не могу придумать. Это она, всегда она. Иногда и хочу придумать и... и... Иногда даже знаю, чтo, и... не могу, нет. (Разводит руками.) Иногда хочу, уже вот-вот придумается, и... Опять ничего. Даже надо что-то придумать, но... не могу. Только вот глупость какую-нибудь.

    Дети что-то опять делают с черепахой и пытаются привлечь Гермиону. Но она им делает знак не мешать. Слушает Эгисфа.

    Вроде того что "я злодей" и пугать всех. А никто не пугается. Только смеются. (Гермиона смеется.) Как ты. Нет (качает головой), это она, везде она. Я царица, царица, я, я... (В отчаянье машет рукой.) А-а! Я то, я другое. А все думают, что это я. И ненавидят меня. А ее... Тоже ненавидят, но одновременно жалеют. Ненавидят. И жалеют. С ней всегда как-то сложно все. Теперь-то я понимаю, она давно ждала, чтобы царь умер, самой со всем управляться, мечтала об этом. Тут я... подвернулся. Очень удачно. Я иногда думаю, что она всюду, и это она, и то... (Бегает между разными предметами обстановки, показывая их, по мере того как их называет.) И кресло это – Клитемнестра, и это ложе – она же, и вон те занавеси – Клитемнестра опять же. (Клитемнестра за занавесями пугается и отступает, но затем опять показывается. Эгисф не видит ее.) И ты – Клитемнестра...
    Гермиона. Я не Клитемнестра.
    Эгисф. Клитемнестра-Клитемнестра! И я – Клитемнестра. Иногда. Не всегда. (Безумно хохочет.) Клитемнестра, ответь, где ты сейчас, в ком. (Клитемнестра пугается.) Одна она, а больше нет никого.
    Гермиона. Мне кажется, она тебя любит.
    Эгисф. Она? Меня? (Хохочет.) Да она себя не любит. Она никого не любит. Только то, что вокруг нее благодаря ей. Клитемнестра, ты где? (Бегает, заглядывая за кресло, затем - под ложе. Поднимает черепаху и заглядывает тоже. Дети отнимают.) Слушай, слушай (бросившись к Гермионе, хватает ее за руку, которую та пытается отнять), помоги мне.
    Гермиона. Я? Как я могу? Я же не могу.
    Эгисф. Можешь, можешь. Не думай ни о чем, скажи "да". Бежим, бежим со мной, Гермиона! И ты меня спасешь!
    Гермиона. Бежать? Куда? (Встает, оставив руку в руке Эгисфа.)
    Эгисф. Куда, не знаю. Куда-нибудь. Далеко. Мы спрячемся, и нас не найдут. А потом-то, потом, когда все успокоится, мы объявимся. Мы объявимся, а она нас оставит в покое. У нее быстро все проходит, любой порыв, уж я-то знаю. Это у них семейное. Убила царя, а потом жалела. Поселимся где-нибудь, где о нас не слышали. Ты любишь детей, у нас будет много детей. Бежим, Гермиона! (Тянет ее за собой.)
    Гермиона. Детей? (Делает за ним несколько шагов.) Да вот же твои дети.
    Эгисф. Это ее, ее. А с тобой будут мои. (Тянет.)

    Гермиона послушно, как во сне, идет за ним. Дети с визгом их окружают, отталкивают Эгисфа, пытаясь отцепить его руку от Гермионы.

    Дети. Ты плохой, плохой. Отпусти ее! Уходи!
    Клитемнестра (входя, кричит). Няня! Няня!
    Эгисф (застывает на мгновение, затем, выпустив Гермиону, направляется в сторону трона). Ты подслушивала. Это в твоем духе.
    Клитемнестра. Не подслушивала, а слышала. (Вбежавшей кормилице.) Уведи детей. (Кормилица забирает детей. Эгисфу.) С тобой мы потом поговорим. Не сейчас. Ты шут, шут и есть. Не я тебя им сделала. Я могла тебя сделать только царем. Ты не захотел. Хорошо. Не я тебя убью, ты сам себя. Уже убил.
    Эгисф. Мне уже все равно.
    Клитемнестра. А сейчас уйди, пожалуйста. Тяжело тебя видеть.
    Эгисф. Куда я пойду? Я никуда не пойду. Тут все твое.
    Клитемнестра. Это место моего мужа, ты его занял.
    Эгисф (бормочет). Мужа! Которого?
    Клитемнестра. Что? Что? Да того, кого же (срываясь на крик), царя! Он был животное, конечно, но царь. То есть смелое, сильное, благородное животное, а ты – маленький вонючий зверек.
    Эгисф (бормочет). Когда-то я ей нравился.
    Клитемнестра. Что? Это прошло, это был порыв, сам сказал. Господи, и зачем я только приходила, так бы и не знала ничего.
    Эгисф. Сестра, сестра!
    Клитемнестра (в бешенстве). Не называй меня так!
    Эгисф. Я и не называю. А что случилось? Ничего. Ну говорил я. Ну прости меня. И ты не поняла, это была игра, репетиция. (Вставая и подбираясь к Клитемнестре.) Я не буду так больше. И не подойду к ней. Зачем она мне? Забудь, забудь, и давай все опять по-старому. Станем править, заниматься крестьянами, я тебе буду помогать. Давай!
    Клитемнестра (переходя от Эгисфа. Вместе с ней переползает на коленях Гермиона, уже припавшая к ее руке). Нет, поздно. По-старому уже не может.
    Эгисф. Может, может. Ты попробуй. Как будто и не было ничего.
    Клитемнестра (опять переходя. За ней и Гермиона на коленях). Это у тебя только так. Не было, когда было. А я не могу. И зачем ты только к девчонке полез. Часто ты так с ней?
    Эгисф. Не часто, не часто. (Идя за ней.)
    Клитемнестра (переходя). Ну допустим. Но как ты мог? Она же ребенок.
    Эгисф. Вот поэтому. (Прекращая преследование Клитемнестры и направляясь к креслу.) Что ребенок. А мне и нужна после твоего-то, всего твоего этого...
    Клитемнестра. Ну, ну?
    Эгисф. Тела. После всего твоего тела. (Обводит кругом рукой, показывая размеры.)
    Клитемнестра (в задумчивости). Вот что?
    Эгисф. Да, разросшегося. Бестелесное что-то. Ребенка. Девочку.
    Клитемнестра. Понятно. Я это запомню. Будет тебе и девочка, и мальчик. Познакомишься.
    Эгисф. А мне что, запоминай. Мне все равно. (Садится поджав ноги.)
    Клитемнестра. Ладно, сам ты не знаешь, что делаешь. (Поворачиваясь к Гермионе.) А ты...
    Гермиона (прижимаясь к руке Клитемнестры). Простите, простите меня.
    Клитемнестра. Ты не виновата.
    Гермиона. Я не хотела. Он сам...
    Клитемнестра. Я знаю. Ты не виновата.
    Гермиона. Я бы все равно не поехала с ним никуда. (Испуганно косясь на сидящего Эгисфа.)
    Клитемнестра. Не сомневаюсь. А если бы поехала, все равно бы вернулась.
    Эгисф. Не вернулась бы.
    Клитемнестра. Конечно, вернулась бы. Поговорим лучше о другом. Я ведь зачем шла? Твои родители здесь. А раз мы столько времени на это все потратили, так они поднимаются, наверное.
    Гермиона. Господи! А как же я?
    Клитемнестра. А что ты? Встретишь их, и все. Только успокойся сначала.
    Гермиона. Тетушка, тетушка! Не отдавайте меня.
    Клитемнестра. Я не отдам. Я с ними поговорю и не отдам. Не волнуйся. А не получится, если не получится, то я знаю, как поступить.
    Гермиона. Я боюсь их.
    Клитемнестра. Чего ж это? Ведь только родители.
    Гермиона. Я их не видела столько. Какие они?
    Клитемнестра. Обыкновенные. Как все.
    Гермиона. Особенно эту, эту...
    Клитемнестра (улыбаясь). Ну, кого?
    Гермиона. Эту женщину..
    Клитемнестра. Она тебе мать.
    Гермиона. Нет, нет! А все говорят, что из-за нее все, и война, и тут все.

    Эгисф слезает с кресла и уходит. В двери почти сталкивается с Еленой и Менелаем. Осторожно обходят друг друга.

    Клитемнестра. Да тебе не все ли равно? Ты ж всегда говоришь, что тебе все – все равно.
    Гермиона. Да, да. Но сейчас...
    Клитемнестра. Вот видишь. Просто надо немного успокоиться.
    Елена (входя. За ней – Менелай). Где тут моя девочка? Где моя девочка? А-а, вот и она. (Полуобернувшись к мужу и показывая на Гермиону.) Посмотри, да ее и не узнать. Совсем красавица. Красивее меня.
    Менелай. Действительно. Не красивее, нет, не красивее, но тоже хороша.
    Клитемнестра. Да, это Гермиона. Возвращаю вам ее (успокаивающий жест дернувшейся Гермионе) и больше, чем брала ее, и, надеюсь, лучше.
    Елена. Ну уж лучше, лучше, всегда ты что-нибудь...
    Менелай (обходя вокруг трепещущей Гермионы и разглядывая ее). Да брось ты. Конечно, лучше. То несмышленый ребенок, а то настоящая взрослая девушка. Просто удивительно. (Встретив насмешливый взгляд Елены.) Нет, правда же, выросла.
    Елена. Тебе лишь бы выросла... Иди ко мне, крошка, обними маму.

    Гермиона неловко подходит, они обнимаются.

    (Мужу.) А теперь ты. (Менелай обнимает дочь.)
    Клитемнестра. Лена, мне надо с тобой поговорить.
    Елена. Поговорим, конечно. (Мужу.) Ну, а ты чего стоишь? Бери дочь, иди, гуляй с ней, знакомьтесь. Ты ее и тогда не много знал.
    Менелай (Гермионе). Покажешь мне здесь все, ладно? А то я и забыл, что тут где. Не был долго.
    Гермиона (очень тихо). Покажу.

    Менелай с улыбкой протягивает руку ладонью вверх. Гермиона, помедлив, вкладывает в его ладонь свою. Менелай тянет Гермиону к себе. Она приближается к нему, улыбается в ответ сначала робко, потом живее, уже готовая засмеяться. Поравнявшись, поворачиваются и уходят рядом, весело помахивая соединенными руками.

    Елена (глядя им вслед). Я думаю, что они подружатся.
    Клитемнестра. Конечно. Отцы всегда дружат с дочерьми. ... Если только это его дочь.
    Елена (хохотнув, идет к трону, садится). Не знаю, что ты имеешь в виду. Рожать надо от мужей. Я этому всегда следовала.
    Клитемнестра. Всегда ли?
    Елена. Да. Остальное слухи. Или твои выдумки. О, да здесь удобненько. (Откидывается.) Иди сюда, поворкуем. (Приглашающе хлопает по сиденью.)

    Клитемнестра идет и подсаживается на краешек, так что раскинувшая руки и как бы растекшаяся по спинке кресла Елена оказывается почти за ней.

    Ффу, какая серьезная! Давай обнимемся что ли, сестры все-таки.
    Клитемнестра. Если хочешь.

    Обнимаются. Елена – с преувеличенной пылкостью, Клитемнестра напряжена.

    Елена (словно удовлетворенная). Ну, что ты хотела? Не о детях же моих.
    Клитемнестра. Отчасти и об этом.
    Елена. Говорят, ты очень привязалась к моей девочке.
    Клитемнестра. Твоя девочка стала теперь больше моей.
    Елена. Вот-те раз! Впрочем, я ожидала что-то такое. И что тебе надо-то от меня?
    Клитемнестра (страстно). Оставь мне ее, Лена, Лена! Ну зачем она тебе?
    Елена. Как зачем? Да просто так. Я вообще так не думаю никогда: зачем? Низачем. Почему у меня не может быть своей дочери? Пока другой нет.
    Клитемнестра. Была уж одна.
    Елена. Была. Но про это никто не знает. Кроме тебя. И что вы с ней сделали?
    Клитемнестра. Это не я.
    Елена. Убили. Все повторяется, не правда ли? А я не хочу.
    Клитемнестра. Это не я. Я ее любила.
    Елена. Всегда не ты и всегда всех любишь. А потом они умирают. Всё умирает, всё, к чему ты ни прикоснешься. Не хочу.
    Клитемнестра. А ты? И ты тоже. Мы же сестры, сама говорила.
    Елена. Ага. Только отцы разные.
    Клитемнестра. Да-а, сказкам верить.
    Елена. Почему? Я же не говорю, что Зевс. (Хохочет.)
    Клитемнестра (чуть улыбаясь). Ладно тебе. Ты всех равняешь по себе.
    Елена. Ну признайся, признайся (толкая ее в бок), ведь и ты не любила нашей мамы.
    Клитемнестра. Не любила.
    Елена. Ну и хватит о ней. Умерла, и все. Что о ней долго думать? Сама виновата. Нет, ну скажи, зачем?
    Клитемнестра. Я с тобой согласна.
    Елена. Чтобы самой, самой! (Показывая, как будто завязывает вокруг шеи веревку.) Чтобы я что-то сама над собой сделала!.. Ты видела тело?

    Клитемнестра качает головой: нет.

    Интересно было б посмотреть. Язык, наверное, вывалился, распух, почернел, как это всегда. Брр! (Видимо содрогается.)
    Клитемнестра. Мы не знаем всех ее причин. Но говорили, из-за тебя.
    Елена. А ты и рада. Это у вас всегда, с самого начала. Как что, так я. Не-ет, если б я решила умереть, выбрала б другой способ. Меч, например. Как мужчина. Это красивее. Ну почему, почему я не родилась мужчиной? Я была бы как Тесей.
    Клитемнестра. Да уж ты его хорошо знала. Лучше, чем другие.
    Елена (кивая). Знала. Но не лучше. Не-ет. У него многие были и без меня.
    Клитемнестра. Ты всегда привлекала мужчин. С детства еще.
    Елена. Это правда.
    Клитемнестра. И они тебя делили.
    Елена. Делили. (Хохоча.) Поделить не могли.
    Клитемнестра. Жребий бросали.
    Елена. Было. ...Ну и что? Что ты хочешь сказать?
    Клитемнестра. Как о вещи. Кому достанется.
    Елена (поднимая палец). А вот это... Стоп. Это спорно, кто из нас был вещью, я или они.
    Клитемнестра. Вещью. Ты была вещью.
    Елена. Это спорно. А ты, ты? Тебя не копьем царек твой добыл? Надо, надо было его тогда пристукнуть. Как братья хотели. Это отец раздобрился. Тогда б и не было ничего.
    Клитемнестра. Я же и говорю: сестры.
    Елена. Нет. Я – другое дело. При чем здесь я? Я собой не владею (тянется, изгибаясь, широко разводя локти и зевая), понимаешь? А ты всегда рассчитывала. (Наклоняясь к Клитемнестре и показывая на свое тело.) Это оно. Я живу как будто всегда вдвоем. Из-за него все, и жребий мечут.

    Клитемнестра изумленно глядит на нее.

    А душа моя совсем в другом месте, неделимая. Потому что поделить ее нельзя.
    Клитемнестра. Где же?
    Елена. Не знаю. Может, в Египте. Откуда я знаю?
    Клитемнестра. Да ты шлюха. Ты рассуждаешь как шлюха.
    Елена (хохоча). Почему это? Нет.
    Клитемнестра (которая все время продолжала об этом думать). Все равно ты не сможешь дать ей то же, что я. Оставь, а?
    Елена (кивая). Ага. Плаху. Не хочу.
    Клитемнестра. Я бы ее и замуж выдала. Почему плаху?
    Елена. Если оставлю, то плаху. За кого это?
    Клитемнестра. Ну, за кого?.. Хоть за Ореста.
    Елена. Вот что-о! Рассчитала уже. Как это ты всегда. Приманить хочешь? Боишься? Тогда тем более – нет. Тебя наказать надо. А я давно хотела.
    Клитемнестра. За что же наказывать?
    Елена. С детства. А за то! Я всегда завидовала тебе. Ты не знала? За то, что не виновата. Вместе нашалим что-нибудь, а отвечать мне. Я уже знала. Я по-омню.
    Клитемнестра. Потому что ты дура. (Громче.) Дура!
    Елена. Вот и мужа тебе. Тоже! Одного убили, другого дали. И все тихо так, спокойно. А меня рвали! Ну что им? Зачем? Дали бы мне там спокойно. Так ведь нет. А мне там хорошо было. Меня любили. Зачем было все это устраивать? Так им надо, чтоб по-своему сделать. А я опять виновата.
    Клитемнестра. Да ведь ты, ты (задохнувшись) сама. Шлюха! Знаю я, как тебя любили и кто. Всё-о (стучит пальцем по подлокотнику) известно. Тебе всегда было все равно – хоть Тесей, хоть кто.
    Елена. Тесей? Да я же тогда совсем девочкой была. Кто же меня спрашивал? И не нравился мне он. Как вспомню, борода эта его. Брр. Мне вообще Пирифой нравился. Он-то меня любил. А досталась Тесею. Пирифою пристукнуть бы его, так ведь нет. Друг! Слово! А почему это он тогда за Персефоной отправился? Да потому что только она и могла со мной равняться, меня ему заменить. Он так думал. Но не заменила бы, нет, не заменила.
    Клитемнестра (почти восхищенно). Какая же ты все-таки шлюха!

    Елена хохочет.

    А потом-то, потом?
    Елена. Парис? Это другое. Тогда у меня уже было оно. (Показывает на тело.) Я как увидела, как он вывел по столу вином "я люблю тебя", так и поняла: вот, наконец. Только бы не заметили, только не заметили. Но этот-то (кивает в сторону, куда ушел с Гермионой Менелай) никогда ничего не замечал. А с другой стороны, что ему и оставалось? Ему только и оставалось: не замечать А иначе разве он был бы царем? Без меня-то. (Шепотом.) Скучно ему было, понимаешь? С этим-то? (Кивок в ту же сторону.)
    Клитемнестра (тем же шепотом). Кому?
    Елена (так же). Телу моему. И в ту же ночь мы бежали. Втроем. (Смеется.) Ах, как нам было на том острове, как было! Ты и не знаешь. Когда мы пережидали погоню. Когда они мимо проплывали, а мы любили друг друга. Мы же их видели, все эти их паруса. Да откуда тебе! Ты ж привыкла вон (обводит головой вокруг) тут, в сырости, с мокрицами. Тебе не понять. Потому и не любила меня, что хотела так же.
    Клитемнестра. Я не хотела.
    Елена. Конечно! У тебя ж все какие мужья были? Как этот мой. Воины. А Парис совсем, совсем другое. Безбородый. А это важно: когда у мужчины нет бороды.
    Клитемнестра. Тьфу ты. (По-настоящему сплевывает.) Правда, шлюха!
    Елена (хохоча). Не было. Не было у него, бороды-то. (Резко оборвав смех. Задумчиво.) И у Гелена не было.
    Клитемнестра. Еще один. Кто такой?
    Елена. Да... (Машет рукой.) Брат его. Мне тогда как раз Парис надоел. То есть не мне, конечно, а... Но все равно. А тут и убили его кстати. Да только не везло мне всегда. Досталась опять не ему, а старшему, Деифобу. (Улыбаясь.) С бородой.
    Клитемнестра. Ленка, Ленка! Убьют тебя, когда-нибудь да убьют.
    Елена (безмятежно улыбаясь). Да и пускай. Только б не скоро. Скоро было б жалко. А ты что, тоже думаешь? Вот и я иногда (понижая голос и наклоняясь) думаю: убьют, убьют меня! (Покаянно качая головой.) И знаешь как? мне иногда кажется.
    Клитемнестра (таким же шепотом). Как?
    Елена (торжествуя и в полный голос). Как маму, как маму. (Обводя пальцем вокруг шеи и вздергивая.) Только не я себя, а меня (и уже хохоча), меня! (Оборвав смех и очень тихо, с недоумением.) Только ведь кажется, что не за что!
    Клитемнестра. Как же не за что, как не за что! Когда ты вон какая!
    Елены. Да что ты прямо? Я же тебе просто рассказываю. (Задумчиво.) Он и ушел, как Пирифой, мальчик мой. И передался, и рассказал все, что знал. А отдали б меня Гелену, не взяли бы ваши Трои.
    Клитемнестра (начинает очень тихо). И Парис погиб.
    Елена. Погиб, что уж.
    Клитемнестра (громче). И этот, Деифоб. И Гектор, и Приам.
    Елена. Гектор, да.
    Клитемнестра. И весь город сожгли, и дома, и храмы. (Почти кричит.) А сколько наших, наших полегло! И все из-за тебя.
    Елена. Я не убивала мужа.
    Клитемнестра. Да как сравнивать? То один, а то сотни, со-отни!
    Елена. Всегда ты считаешь. Какая разница! И я не планировала. Оставили бы меня в покое... А ты, ты планировала.
    Клитемнестра. Я не планировала. Я не убивала его.
    Елена. В баню заманила?
    Клитемнестра. Не было бани, не было. Его на пиру убили.
    Елена. А ступени? Ведь рассказывают же. Ступени-то. Намылила еще.
    Клитемнестра. Врут! Не было ступеней.
    Елена. Чтобы поскользнулся Он и поскользнулся.
    Клитемнестра. Он поскользнулся на жиру.
    Елена. Да головой-то и...
    Клитемнестра (шепчет почти механически, не слушая). Не было этого.
    Елена. И еще сеть накинула, чтоб не встал.
    Клитемнестра (кричит, вскочив). Не было сети.
    Елена. Да что же было-то, если не было ничего?
    Клитемнестра (очень тихо). Несчастный случай.
    Елена. Ну и у меня одни несчастные случаи.

    В двери справа показывается Электра. Клитемнестра замечает ее и кивает вопросительно. Электра делает ей знаки.

    Клитемнестра (Елене). Подожди меня, я сейчас. (Идет к Электре. Они шепчутся в дверях. Елена нежится, раскинувшись в кресле. Назад возвращается бегом.)
    Елена. Кто это там с тобой?
    Клитемнестра (запыхавшись). Да... Не важно. Извини, я сейчас... больше не могу... говорить. Продолжим потом.
    Елена. Жаль. Было очень интересно.
    Клитемнестра. Да. Потом, потом. (Убегает.)

    Елена некоторое время сидит в задумчивости, раскинувшись. Потом встает и, как-то передернув плечами, уходит.

    Действие четвертое               



Вернуться
на главную страницу
Вернуться на страницу
"Тексты и авторы"
Олег Дарк "Клитемнестра"

Copyright © 2004 Олег Дарк
Публикация в Интернете © 2004 Союз молодых литераторов "Вавилон"; © 2006 Проект Арго
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования