Олег ДАРК

КЛИТЕМНЕСТРА

Трагедия

 



Действие первое

Один из покоев во дворце царицы Клитемнестры. Слева и справа – две двери, полуприкрытые тяжелыми занавесями. Посередине у стены просторное ложе.
Клитемнестра в длинном волнующемся одеянии, Эгисф. Он на голову ниже жены, сильно лыс, кажется кособоким, оттого что все время припадает на одну сторону; суетлив. Но у него правильные, чрезвычайно красивые черты лица.


    Клитемнестра (входя). Не называй меня так никогда. Сколько говорить?
    Эгисф. Да как же еще тебя называть-то? Если твой муж был моим братом, значит, и ты мне тоже се-стри-ца. (Прислушивается к слову, как будто пробует его.) Что ты? Будто взбесилась. (Бежит за ней.) А я тебе брат.
    Клитемнестра (почти кричит). Не называй, не называй меня так. (Тише.) Я же просила.
    Эгисф. Но почему? Когда это правда. (Догоняет ее и обхватывает. Они немного борются. Валит ее на ложе. Борются и там. Потом Клитемнестра затихает, и Эгисф, распяв ее, целует ее.)
    Клитемнестра (из-под Эгисфа, немного отстраняя лицо). Не боишься?
    Эгисф. Я? Я ничего не боюсь. А чего это? (Ложится рядом.)
    Клитемнестра (приподнимаясь на локте и глядя на него сверху). Орест еще жив. Знаешь?
    Эгисф. Да, жив. Но скоро так не будет. И что же?
    Клитемнестра. Вот как приедет он. Да станет спрашивать. Да с нас обоих. Это кто тут виноват в смерти моего отца? А это мы. Мы и виноваты. Что ты тогда, ну? А он приедет.
    Эгисф. Ты как будто гордишься им.
    Клитемнестра. И Электра тоже. Здесь где-то ходит. Ждет, все ждет. Выжидает. Горжусь, конечно. Ведь сын. Он был славный мальчик, я помню. Сильный, упрямый, справедливый. Какой он стал?
    Эгисф. Ты нарочно, что ли? Не пойму. Нравится тебе? (Встает и отходит.) Погоди, вот я тебе расскажу.
    Клитемнестра. Мне не нравится. Хотя как? Просто я тоже жду. Есть сладость в таком ожидании. Того, что они сейчас войдут, а мы с тобой ласкаемся. Мы ласкаемся, а они там, планы строят, обсуждают, готовятся. Может быть, за дверью стоят. Не понимаешь?
    Эгисф. Жила-была жрица, звали ее Пелопой. Вот раз стала приносить жертву Афине...
    Клитемнестра (вскакивая и выбегая на середину сцены). Да знаю я все, слышала. Перестань. Ты мне уже столько раз про это рассказывал. (Закрывает ладонями уши. Он догоняет ее и отдирает ее ладони. Клитемнестра визжит.)
    Эгисф (отдирая ее ладони). Нет, а ты еще послушай.
    Клитемнестра. Я не хочу-у.
    Эгисф (отдирая ее ладони). Афине. А один мужчина подстерег ее, спрятался в роще и ждет, чтобы освободилась.

    Клитемнестра визжит, чтобы заглушить его слова.

    А с ней была черная овца. Знаешь, как это всегда надо? А заколола ее, то и запачкалась в крови. Вот тут, видишь где? (Отпустив Клитемнестру, кривляется перед ней, показывая, как Пелопа запачкала подол.) Как месячные. Как месячные. (Кривляется.) Побежала к священному источнику и стала отстирывать. Аккуратная была. Нагнулась над водой...

    Клитемнестра визжит.

    Нагнулась-нагнулась. А тот мужчина, кто в роще, выскочил, схватил ее сзади и овладел ею. (Вертит Клитемнестру, показывая, как тот овладел Пелопой.) Вот как было. А это его дочь была. Но он-то не знал.
    Клитемнестра. Я знаю, знаю. Ты рассказывал мне.
    Эгисф. А потом у нее родился мальчик. А знаешь, кто он был?
    Клитемнестра. Я знаю.
    Эгисф. Это был я. Я! А она отнесла меня в горы. Потому что зачем же я ей? Она выходила замуж, хотя и была жрицей. Но она не могла уже, не-ет, потому что не была девственной. (Устало.) В нашей семье дяди всегда играли большую роль.
    Клитемнестра (держась за виски, идет к ложу). Замолчи, я не могу больше. Ну я прошу тебя. За что ты мучаешь меня? (Садится, склонив голову на руки и раскачиваясь.)
    Эгисф. Хватит? Теперь хватит. Моя бабка убила отца, мать стала шлюхой, отец – клятвопреступник и насильник, а дядя – убийца. Кем я, по-твоему, должен быть? Я и должен быть злодеем. (Садится рядом, потом ложится на спину, прикрыв скрещенными руками лоб. Клитемнестра смотрит на него, опершись на руку.) Злодеем. И мне это нравится. Нет, я ничего не боюсь. Пусть приходят. Что они могут сделать мне, чтобы стало еще хуже? Убить? Да разве это страшно?
    Клитемнестра (смотрит на него, нежно). А мне было бы жаль. (Ласкает его грудь и шею.)
    Эгисф. Жаль? Чего тебе жаль?
    Клитемнестра. Было бы, если бы убили тебя.
    Эгисф. Плакала бы, что ли?
    Клитемнестра. Плакала бы. О, я так бы плакала, так плакала. А потом бы умерла.
    Эгисф. Это зачем?
    Клитемнестра. Как же я могла бы без тебя? Я бы не могла.
    Эгисф. Может быть, ты и любишь меня?
    Клитемнестра. Может быть. Люблю. (Ласкает его.) Я тебя очень люблю. Так люблю.
    Эгисф. А я всегда думал, что ты со мной, чтобы ему отомстить.
    Клитемнестра (с нежным упреком, но не сердясь). Как тебе не стыдно? И всегда любила.
    Эгисф. Да. А я вот не люблю тебя. И не любил никогда.
    Клитемнестра (вскакивая и отбегая). Ты, ты, ты... Не говори так никогда со мной.
    Эгисф. Да разве ты не знала?
    Клитемнестра. Не хочу, не хочу про это слышать. Ты меня любишь, любишь, я знаю. Ну скажи. (Возвращается к нему.)
    Эгисф. Да ты и про это не хочешь, и про то. Ни про что, если правда. Хорошо. Я люблю тебя. Если так тебе больше нравится. Но я – злодей. Оттого и Электру оставил, что мне нравится, когда ненавидят меня.
    Клитемнестра. Хорошо, ты злодей, и я люблю тебя. (Целует его. Эгисф отвечает ей, увлекается, но она выворачивается, вскакивает и отбегает. Он тянется, а затем бежит за ней.) Нет-нет-нет, не сейчас. Отстань. Сейчас я не готова. (Борется.)
    Эгисф (тащит ее). Да как же? Только что же хотела. А ты хочешь, хочешь. Я чувствую. Пойдем скорее. (Опрокидывает на ложе.)
    Клитемнестра. Да не хочу я. (Борется. И уже уступая.) Ты же говорил, что не любишь меня.
    Эгисф. Я люблю. Тебя. Сейчас.

    Клитемнестра затихает совсем. Он целует ее.

    Эгисф (отрываясь от нее). Вот смотри, я же урод.
    Клитемнестра (так же). Разве? Не заметила.
    Эгисф. Да. А ты любишь меня. Почему?
    Клитемнестра. Потому что ты злодей?
    Эгисф. Конечно. Только поэтому. Ну разве тебе так не интересней?

    Входит Электра. Она очень бедно одета, и кажется, что намеренно. Высокая, худая, как-то даже высохшая, и с очень смуглым, почти черным лицом.

    Клитемнестра (быстро отстраняясь и оглядываясь). Чего тебе? Зачем? Как ты здесь?
    Электра. Они не посмели остановить меня.

    Клитемнестра смотрит на Эгисфа.

    Эгисф (кивнув). Да. Я накажу их.
    Электра. Не надо наказывать. Они не привыкли еще, что я здесь не живу.
    Эгисф. Я накажу.
    Клитемнестра. Чего ты хочешь? Только быстрее.
    Электра. Я приду, когда ты будешь одна. (Поворачивается уйти.)
    Клитемнестра. При нем говори или вообще не приходи.
    Электра. При нем я не стану.
    Клитемнестра. Тогда совсем убирайся.
    Эгисф. Тихо, тихо, не надо так. Я ухожу, уже ухожу. (Проходя мимо Электры, делает вид, с растопыренными пальцами, как будто нападает.) Я злодей, у-у. (Уходит.)
    Электра (оглядываясь). Сумасшедший какой. Все вы сумасшедшие.
    Клитемнестра. Он славный. Жаль, что ты его не любишь.
    Электра. Как странно, да?
    Клитемнестра. Да, странно. ... Ну? Теперь скажешь?
    Электра. Я хотела попросить денег.
    Клитемнестра. А при нем стеснялась, что ли? Нас ненавидишь, а денег просишь. Это правильно?
    Электра. Ты же знаешь, как мало уродилось в этом году. Пришла б я иначе?
    Клитемнестра. Не пришла бы? Да разве в первый раз?
    Электра. Мы бедны.
    Клитемнестра. Бедны. Работаете плохо.
    Электра. Значит, не дашь? (Поворачивается, чтобы уйти.)
    Клитемнестра. Погоди, я не в том смысле. Я дам, да-ам. Надо быть богатым. А не можешь, бывает, я понимаю. Тогда люби, у кого просишь. А ты ненавидишь. Просишь и ненавидишь. Это как?
    Электра. Я не могу. Я бы хотела.
    Клитемнестра. Что ты хотела?
    Электра. Я не могу вас любить.
    Клитемнестра. Не можешь. А почему? Впрочем, я знаю. Но ты помнишь, это ты сама захотела? Никто тебя не гнал. Ты сама ушла.
    Электра. Я боялась.
    Клитемнестра. Чего это? Тебе не грозило ничего. Никто бы тебя не тронул.
    Электра. Убили же отца.
    Клитемнестра. Вспомнила! Замолчи сейчас же! И обсуждать с тобой не хочу. Это мое, мое, что ты понимаешь? С девчонкой обсуждать! (Смотрит на нее.) Высохла вся, погляди-ка на себя. И одета. Нарочно, что ли? Для меня?
    Электра. Я всегда так.
    Клитемнестра. Всегда. Откуда я знаю? Увидеть бы тебя в обычное время.
    Электра. Приходи.
    Клитемнестра. Нет уж. Спасибо. И почернела. Отчего ты черная-то?
    Электра. Солнце.
    Клитемнестра. Прикрывалась бы. Посмотри, я. Беленькая везде. (Показывает сначала руки, потом трогает щеки.) Жила б с нами, и ты такая была.
    Электра. Нет. Я лучше в бедности и честно.
    Клитемнестра. Честно? А ходишь просишь. Не знаю, как ты так можешь. Денег я тебе, конечно, дам. Но ты подумай. Возвращайся, а? Тебя и не попрекнет никто.
    Электра. Нет. И зачем я тебе?
    Клитемнестра. Низачем. Просто дочь. Семья вместе должна жить. Ну, как хочешь. А я дам. ...От Ореста ничего не было?
    Электра (холодно). На что он тебе?
    Клитемнестра. Опять это твое зачем. Да просто так.
    Электра. А и было бы, не сказала б тебе все равно.
    Клитемнестра. Почему это? Я же люблю его.
    Электра. Как меня?
    Клитемнестра. Сравнила! Он не то что ты. Он был очень нежный мальчик. (С какой-то жадностью.) Посмотреть бы хоть, потрогать его. Я иногда как подумаю, что никогда не обниму его, не поцелую, так делается вот тут (показывает на грудь) холодно, холодно, как будто там нет ничего. Но что я тебе говорю, разве ты поймешь?
    Электра. Если придет, я передам ему.
    Клитемнестра (насторожившись). Ты думаешь, он придет? К тебе придет, а ко мне нет? Не верю. Не может такого быть. Он ко мне, ко мне первой, он прибежи-ит. Мальчик мой славненький! Знаешь, вспомню о нем, и не могу ласкать детей Эгисфа. Будто что-то мне мешает. А я часто о нем вдруг вспоминаю, когда я с ними. Но ты все равно не поймешь, потому что у тебя нет своих.
    Электра. Может, будут.
    Клитемнестра (быстро). Ты беременна?

    Электра молчит.

    Не хочешь, не говори. Но если родишь, позови меня. Все-таки я бабка им. Не станешь же ты отрицать?
    Электра. Не стану.
    Клитемнестра. Сейчас я тебе дам. (Достает из-за ложа шкатулку. Электра делает несколько шагов к ней и опять замирает.) У меня к тебе просьба. Только не говори сейчас ничего. Хорошо?

    Электра молчит.

    Если он придет, да, да, молчи! если только придет... То дай мне знать. А я прибегу. Это быстро. Посмотреть только, и все. Ни во что мешаться не буду.
    Электра. Чтобы вы убили его?
    Клитемнестра. Заладила. Никто не станет его убивать. Как и тебя. И тогда бы не стали. Зря он его тогда увез. И зачем? С перепугу. Как ты все равно. Я хотела его наказать, а потом простила. Живет себе, знаешь? Знаешь. Все вы ходите друг к другу. Ну разве это не доказательство?
    Электра. Кого это?
    Клитемнестра. Да ладно тебе. Все же известно давно.
    Электра. И если б ты узнала, что он тут, ты бы не сообщила Эгисфу?
    Клитемнестра. Что? А! Если б вы не захотели... Да что я вас объединяю-то? Если б он не захотел, нет, конечно. Не сообщила бы. Хотя я не понимаю, но не сообщила бы. Да и зачем? Это ж наши все дела. При чем здесь Эгисф?
    Электра. Я передам ему.
    Клитемнестра. А его точно не было еще? Да ведь ты не признаешься..
    Электра. Его не было.
    Клитемнестра. Не верю я тебе. А я знаю, что если он правда придет или пришел уже, то ты настроишь его, чтобы он не приходил ко мне. Не знаю, зачем это тебе. Это жестоко, Электра, Электра! (Готовится заплакать, но передумывает.) Нa вот лучше. (Достает из шкатулки монеты.) Хватит вам, нет?
    Электра. Да все равно же спасибо.
    Клитемнестра. Да? Ну нa еще. (Электра берет.) Пойдешь уже? Ну иди, иди. Мужу... А, ничего не надо.

    Электра уходит, оглядываясь.

    Клитемнестра (одна). Вот так вот. Надо будет сказать, чтоб не пускали ее. Только расстраивает. (Промокает пальцем глаза.) И за что мне это? За любовь? Не пойму. Ведь мы тут ни в чем, ни в чем не виноваты.

    Входит кормилица и останавливается в стороне.

    Никто не собирался его убивать. А рассказывают! Я зна-аю. Целый заговор придумали. Больные люди! Скучно им, что ли? Просто так получилось. А потом уже что, ничего исправить нельзя, как всегда. Приехал, узнал, что мы тут с Эгисфом, устроил скандал. Это у него просто было. И за меч. Этот, маленький, тоже. Горячий! И ведь не боится ничего. (Улыбается с нежностью.) Ну разве я могла позволить убить его? Он же рядом с царем был как ребенок. С ним бы и не справился. Брат нашелся! Ты настоящих злодеев не видел. Ну да пусть играет. (Замечает кормилицу.) А, няня! Иди скорее сюда. Посиди со мной. Скучно мне.
    Кормилица (подходя). Да я-то посижу, конечно, посижу с тобой. Трудно разве? Так ведь все равно ж этим не поправишь ничего.
    Клитемнестра. Мы с тобой обе здесь... чужестранки. Чего не исправишь? Ну-ка, рассказывай, что знаешь. Ты же ходишь везде.
    Кормилица. А сделанного не поправишь. (Садится рядом.) Беда будет.
    Клитемнестра. Сделанного, да. Думаешь, беда? Много про нас говорят?
    Кормилица. Да говорят, все говорят. Разве запретишь? Люди много говорят, когда вмешаться не могут.
    Клитемнестра. И не надоест им. (Обнимает кормилицу за плечи.) И какая беда? Говори, не бойся.
    Кормилица. Да ведь убьют вас. Я чую.
    Клитемнестра. Пусть убивают, чем так-то. И даже лучше, если убьют.
    Кормилица. Не они, конечно, убьют. Но они одобрят.
    Клитемнестра. Тем более. А знаешь, я бы хотела, чтоб это случилось. Поскорее бы только. А то все тянется, тянется. А тут бы все и закончилось.
    Кормилица. Да ты бы хотела. А мне-то каково? Я же выкормила вас, и тебя, и Еленку эту, прости господи. И зачем ты только привезла меня, лучше б оставила. Старуха, старуха я совсем, ни помочь, ни спасти не умею.
    Клитемнестра (обнимая ее крепче, восторженно). Да, да, ты – наша мама. Не эта же кукушка. Ей бы только яйца откладывать.
    Кормилица. Не говори так о ней, царица. Ты не знаешь ничего.
    Клитемнестра. Да ладно. А кого ты из нас больше любила? Меня или Елену? В детстве я ей завидовала. Она красивая была, красивее меня. И сейчас красивее.
    Кормилица. Так ведь как? Вы для меня были обе равны. Разве я могла предпочесть кого-то? Я не могла. Две груди, два дитя. По одной на каждую.
    Клитемнестра. А ты одновременно, одновременно, скажи мне? Как интересно, правда? Между нами два часа всего разницы, а ничего общего. Ни внешне, ни внутренне.
    Кормилица. Общее есть. Вы пригожие обе были, еще в колыбельке. И та одна на двоих. Вот лежат, пузыри пускают. Все детки красные, сморщенные, а эти беленькие, да хорошенькие, да одинаковенькие. Потом на ножки встали, бегали везде, лезли, шалили, меня дергали, а я злилась на вас. Ножки то-олстенькие. Я к вам так привязалась, о своих уж и не думала. У меня ведь тоже двое было. Вот за то и наказана. (Заканчивает нараспев, будто сказку рассказывала.) Потом выросли, красавицы мои, и стали к вам свататься.
    Клитемнестра. Да ты-то чем наказана, не пойму?
    Кормилица (убежденно). Я наказана. Ох, и наказана. Но кто же это знал, что я двух драконов выкармливаю.

    Проходит Эгисф. Быстро наклонившись к кормилице, говорит: "У-у-у, я злодей". Кормилица пугается. Клитемнестра смеется.

    Клитемнестра (улыбаясь). А мы драконы? Это общее?
    Кормилица (еще оглядываясь). Сумасшедший. (Убежденно.) Конечно, драконы. Сколько людей из-за вас полегло. И еще поляжет.
    Клитемнестра. Но ведь из-за Елены-то больше, ведь больше, скажи мне?
    Кормилица. Да как тут считать. Полегло, и всё.
    Клитемнестра. Из-за нее всегда больше. Ничего не всё. Я свое защищала, а она от своего бегала. И всегда так было. Кукушка!
    Кормилица. У тебя тоже муж был. Что ты с ним сделала?
    Клитемнестра. Кусок мяса. Красивого, сильного, надменного, благородного даже, но мяса. И я для него тем же была. Два куска мяса лежали в одной постели. И вдруг совсем, совсем другое. Я даже не думала, что такое может быть. Это же как чудо. (Продолжая думать о своем.) А потом приедет и заберет. Сначала подкинула. А ведь как я не хотела. Как она меня уговаривала. Разве я думала, что привыкну так? А когда привыкла, когда она выросла, я ее воспитала, она стала красавицей, заберет. И всегда была падка на чужое да готовое. С детства еще.
    Кормилица. Кого это еще? Заберет-то.
    Клитемнестра. Гермиону. Уж как мне жаль-то будет. Как жаль. Не знаю.
    Кормилица. У тебя вон, своя дочь есть. Зачем тебе чужая?
    Клитемнестра. Электра, что ли? Она не любит меня.
    Кормилица. А Гермиона, думаешь, любит?
    Клитемнестра. Мне бы хотелось... А она моя, слышишь? Только моя, и ничья больше. Как я – твоя. Как Эгисф – мой.
    Кормилица. Да слышу я, слышу. Что ж?..
    Клитемнестра. И ведь как несправедливо, как несправедливо. Разве не помогаем мы всем, кто попросит? Кто только попросит. Вот неурожай. Не велел ли Эгисф купцам торговать по низким ценам, а убытки возмещал? Не открыл хлебные склады? И все ведь бесплатно. А сокровищница? Ведь ее же никто не трогал никогда. А мы обмениваем на еду. У нас же ничего, ничего не осталось. А земля? Это когда было, чтобы объединить ее и продавать, чтобы у всех было одинаково: Почему же они такие неблагодарные?
    Кормилица. Это все ничего не значит, если вы убили царя.
    Клитемнестра. Царя! Вот выдумала! Царей всегда убивают. А может, обойдется еще? (Убеждающе.) Меня Орест спасет.
    Кормилица. Да он же твой первый враг.
    Клитемнестра. Нет (качая головой). Он приедет, я сумею ему все объяснить. Как его увезли от меня, а я не знала ничего. И у меня есть план. Я знаю, как привязать его. А вон и часть моего плана идет. (Улыбаясь, подается навстречу.)

    Вбегают и бросаются к матери очень похожие, одинаково одетые мальчик и девочка, но у девочки длинные волосы, а мальчик стриженый. За ними идет Гермиона. Это высокая, с достоинством держащаяся совсем юная девушка с острой, слишком крупной грудью, словно не подходяшей ей. Грудь привлекает внимание по контрасту с тонкой фигуркой. Когда Гермиона идет, то откидывается назад. С ней появляется ощущение свежести. Как будто в окно подуло.

    Кормилица. Гермиона? Так ты вон чего ... А мне и невдомек. Только, я думаю, не получится у тебя.
    Клитемнестра. Получится.
    Дети (обнимая матери колени. Наперебой). А она говорит ... Она говорит... Что она мыслящая... Мыслящая... Видит нас ... Нас слышит... Она наблюдает за нами... И как-то воспринимает... Что у нее есть к нам отношение...
    Клитемнестра. Да кто, кто?
    Дети (так же). Гермиона... Черепаха... Мы нашли черепаху... А она (вместе показывая на Гермиону) говорит...
    Клитемнестра (принужденно лаская детей и протягивая другую руку Гермионе. Та берет ее.). Где ж вы ее взяли?
    Дети. Там, там. (Показывая за собой.) На валу. А она говорит, что она что-то думает о нас... Видит нас... Слышит...
    Мальчик. Правда, ведь этого не может быть?
    Клитемнестра (обнимая детей, не выпускает руку Гермионы). Зачем же ты их обманываешь?
    Гермиона. Я не обманываю.
    Кормилица (ласково, но с деланной строгостью). Не приставайте, не приставайте к матери. Идите-ка отсюда. Что вы на нее накинулись-то? Давно не виделись? Только мешаете ей всегда.
    Клитемнестра. Ничего, ничего. Пусть. Они мне совершенно не мешают. (Детям.) Наверное, это она для того, чтобы вы не мучали. (Гермионе.) Да?

    Гермиона кивает.

    Мальчик. Мы ее только хотели вытащить. А она...
    Девочка. Она втянула лапки. Вот так.
    Мальчик. И голову. (Оба показывают, как пряталась черепаха. Сначала руками, потом головой.)
    Кормилица. Вам лишь дай поиздеваться.
    Мальчик. А Гермиона говорит, что теперь черепаха нас любить не будет. Но ведь черепахи не любят, правда?
    Кормилица. Не любят-то не любят. Но ведь ей же тоже больно. А как ты думал?
    Клитемнестра. Я не знаю. Может, и любят. (Неуверенно.) Может быть, черепахи тоже любят. Откуда мы можем это знать? (Взглядывая на Гермиону. Ей.) Надоели они тебе?
    Гермиона. Нет. Мне с ними интересно.
    Девочка (набравшись смелости). А почему ты с нами не ходишь никогда?
    Кормилица. Очень с вами интересно бывает ходить. (Пытаясь забрать себе детей.) Идите лучше сюда. (Те увертываются.)
    Клитемнестра. А вы опять, что ли, собрались?
    Девочка (кормилице). Тебя никто и не зовет. Вот. (Показывает ей язык. Матери.) Опять. Гермиона сказала, что черепаха будет нас там ждать. Что, раз мы ее отпустили, она теперь будет сама к нам приходить.
    Мальчик (который, вероятно, об этом только и думал). А ежи?
    Клитемнестра. Что ежи? (Взглянув на Гермиону, словно обращаясь за помощью.)
    Мальчик. Ежи тоже любят?
    Гермиона. И ежи, и черепахи, и птички. Все чувствуют, как к ним относятся, и отвечают тем же. И лисицы, и зайцы, и свиньи с коровами. Все они хотят, чтобы их любили. А тогда и они любят.

    Дети с недоверием смотрят на мать. Она им кивает.

    Мальчик. Но тогда мы их не должны есть.
    Гермиона. Молодец, понял наконец.
    Клитемнестра (Гермионе). Устала? (Гермиона качает головой: нет.) Посиди со мной. (Тянет ее за руку.)
    Девочка (ласкаясь к матери). Мы совсем, совсем не устали.
    Мальчик (требовательно). А ты когда пойдешь с нами?

    Гермиона садится.

    Клитемнестра. Я пойду. Но не сейчас, хорошо? Нам немного поговорить надо. Вы ели?
    Девочка (ласкаясь). Не ели, не ели.
    Клитемнестра (кормилице). Отведи их и накорми. (Детям.) А потом мы к вам придем и вместе пойдем гулять. Договорились?

    Кормилица уводит детей.

    Ну вот, а то я совсем тебя не вижу. Ты так любишь детей?
    Гермиона. Я всех люблю.
    Клитемнестра. А меня?
    Гермиона. Ну что вы спрашиваете? Вас я больше всех люблю. Вы же знаете. Я Вам так обязана.
    Клитемнестра. Не говори со мной так никогда. Ты мне не обязана ничем. (Обнимая ее.) Вас не было долго, я уж волноваться начала.
    Гермиона. Что волноваться?
    Клитемнестра. Вдруг что-то случилось? А я и не знаю.
    Гермиона. Что же с нами может случиться?

    Проходит Эгисф. Делает над Гермионой свое обычное: "У-у-у, я – злодей". Обе смеются.

    Клитемнестра. Не знаю. Я всегда живу в ожидании, что случится. И знаешь, нехорошо так, конечно, но если б что произошло, я из-за тебя больше бы переживала, чем вон из-за них. (Кивает в сторону ушедших детей.)
    Гермиона. Почему?
    Клитемнестра. Я очень привязалась к тебе за это время. А ты ведь старше их. Значит, и времени больше.
    Гермиона. Я к Вам тоже очень привязана.
    Клитемнестра. Знаешь, что родители приезжают?
    Гермиона. Разве приезжают?
    Клитемнестра. Тебе не передали? Я же просила. Ничего не сделают никогда. Приезжают. Ты рада?
    Гермиона. Не знаю. Я их плохо помню.
    Клитемнестра. Они ведь увезут тебя.
    Гермиона. Да увезут, наверное.
    Клитемнестра. А ты сама хочешь? Уехать от меня хочешь ли?
    Гермиона. Я не знаю. Мне все равно.
    Клитемнестра. Ну вот! А говоришь, любишь. Так не любят. Я, например, не хочу расставаться с тобой.
    Гермиона. А я – так. Что же делать? Но если Вы хотите, я останусь. Мне все равно.
    Клитемнестра. Это если они оставят тебя. Может, я упрошу еще. Но тут вот что. У меня к тебе предложение. Мне бы очень хотелось, чтоб ты его приняла. От этого многое зависит. Ты говоришь, что обязана мне. И хоть я этого не люблю, но вот тебе возможность отдать мне долг. Раз уж ты его чувствушь.
    Гермиона. Я отдам. Что надо сделать?
    Клитемнестра. И тогда бы ты здесь осталась навсегда. Если хочешь, конечно.
    Гермиона. Если можно, я бы осталась. Мне здесь хорошо.
    Клитемнестра. Ты знаешь о моем сыне?
    Гермиона. Об Оресте? Да, о нем много говорят. Я слышала. Говорят, он где-то прячется.
    Клитемнестра. А почему прячется, знаешь?
    Гермиона. Знаю.
    Клитемнестра. И как ты к этому относишься?
    Гермиона. Никак. Это не мое дело.
    Клитемнестра. Не твое. (Обнимая ее.) Что ж ты такая-то у меня?
    Гермиона (легонько освобождясь). Какая?
    Клитемнестра. Да не знаю. Холодная.
    Гермиона. Я не холодная.
    Клитемнестра. Ну не холодная, и ладно. Не сердись. Я вот о чем подумала. А что, если бы ты вышла за него? Я тебе потом скажу, зачем мне это нужно.
    Гермиона. Да ведь его нет?
    Клитемнестра. Он приедет. А когда увидит тебя, я не думаю, что он будет отказываться.
    Гермиона. Замуж? (Оживившись.) И тогда у меня будут свои дети?
    Клитемнестра. Да, обыкновенно потом появляются дети.
    Гермиона. Я согласна. (Спохватившись.) Если вы хотите, то я согласна.
    Клитемнестра. Ну и хорошо. Я знала, что так будет. А уж я поговорю. И с твоими родителями, и с Орестом, когда приедет. Пойдем, они уж, наверное, поели. (Встают и идут.) А я им обещала. Правда. Погуляем. А я тебе тем временем объясню, в чем тут дело. Почему я в этом так заинтересована. (За сценой.) От тебя будет многое зависеть, Гермиона.


    Действие второе               



Вернуться
на главную страницу
Вернуться на страницу
"Тексты и авторы"
Олег Дарк "Клитемнестра"

Copyright © 2004 Олег Дарк
Публикация в Интернете © 2004 Союз молодых литераторов "Вавилон"; © 2006 Проект Арго
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования