Вера ПАВЛОВА

      Небесное животное:

          Стихи
          М.: Журнал "Золотой век", 1997.
          / Сост. Б.Кузьминский.
          Обложка А.Лыпко.
          256 с.





    * * *

    Читаешь вслух - в отверстый, немигающий,
    ногою дирижирующий слух,
    в два слуха - в слухи слушательниц двух -
    Жуковского. И поэтичность та еще -
    пиршество слуху. Мыслящий лопух,
    свои листы подветренно листающий,
    с чего ты взял, что твой зеленый дух -
    тот белый голубь, в синеве летающий?


    * * *

    Вот что: человек - струна,
    ангел - флажолет.
    Вот что: копия верна,
    а подлинник - нет.
    Путь недолог, но далек.
    Может, доползешь.
    Правда - ложь, да в ней намек
    на другую ложь.


    * * *

    Кто пытает следопыта следом?
    Кто идет за следопытом следом?
    Кто смеется следопыту вслед,
    заметая следопытов след?


    * * *

    Уставясь на твою бабочку, на твой цветок,
    как проситель - на орден, на пуговицу, на сапог,
    боясь посмотреть начальнику прямо в зрачки...
    Просителю - чинов, денег, дачу у реки,
    мне же, Господи, грех просить - у меня
    цветок, бабочка, самая середина дня...


    * * *

    Вся наша жизнь - игра в почтовый ящик,
    в котором ищешь-ищешь - и обрящешь
    сухой листок и телефонный счет...
    И долго слушаешь, как сердцем кровь идет.


    * * *

    - Наложница лажи, заложница лжи
      и схимница схемы,
      скажи мне, скажи мне, скажи мне, скажи,
      куда мы и где мы?
    - Игра, в день рожденья: подвешены в ряд
      лисички и зайцы,
      и кто-то, с завязанными, наугад...
      Мы рядом висим, мой возлюбленный брат.
    = Срезайте.


    * * *

    но мы достанем билеты
    но будут места плохими
    но фильм будет ужасным
    но мы до конца досмотрим
    но вместо КОНЕЦ ФИЛЬМА
    прочтем КОНЕЦ СВЕТА
    но в зале зажжется свет


    * * *

    Какие лицо и тело иметь бы хотела?
    Ники Самофракийской лицо и тело.
    Как бы я мимо всяких венер летела,
    как бы мне до аполлонов не было дела,
    как бы мое плечо на ветру холодело,
    как безвозвратно бы я покидала пределы
    зала слепков.


    * * *

    Жевать и чихать бесшумно,
    зевать, рта не раскрывая,
    не кусать губы и пальцы
    и вообще не пукать -
    да что я, не человек, что ли?


    * * *

    я обещала богу
    я обещала маме
    я себе обещала
    мало
    мало
    мало силы у бога
    мало силы у мамы
    у меня нету сил -
    посторонитесь
    иду предавать


    * * *

    Не ходить по пятам за собою
    не кричать чтоб себя не слышать
    не кидаться плашмя на землю
    чтоб потрахаться с собственной тенью
    чтенье не заменять вычитаньем
    не бояться детей и кошек
    не заботиться о ритме
    уснуть с широко закрытыми глазами


    * * *

    на дерево, на листья на вершине,
    на тщательность их выделки, на лист
    в руке - такой же - и на облака,
    на птиц, на всех на тех,
    кто смотрит сверху


    * * *

    Время, оно
    либо оно,
    либо оно - о́но.
    Место, оно
    либо одно,
    либо оно бездомно.
    Пастырь, он
    либо пастух,
    либо пасечник в маске.
    Замысел, он
    либо на слух,
    либо ощупью ласки.


    * * *

    Зимой - животное
    Весной - растение
    Летом - насекомое
    Осенью - птица
    Все остальное время я женщина


    * * *

    Сегодня я опять ничего не поняла.


    * * *

    Свой дар отдать народу?
    Дареное не дарят,
    не продают. -
    Зарыть поглубже:
    крэкс-фэкс-пэкс!
    Наутро прорастет.


    * * *

    Так клумба государственных тюльпанов
    взывает: не ходите по газонам! -
    надеясь: оборвут, когда стемнеет.

    Так юное влагалище, рыдая
    под мужеской рукой, пощады просит
    и жаждет, чтобы не было пощады.

    Так я молю: увольте жить в России!
    И знаю: слава Богу, не уволят.


    * * *

    Почему слово ДА так коротко?
    Ему бы быть
    длиннее всех,
    труднее всех,
    чтобы не сразу решиться произнести,
    чтобы, одумавшись, замолчать
    на полуслове...


    * * *

    Просьба делать ссылку на источник -
    тихий иск художника к природе.

    Так стопа, в грязи запечатлевшись,
    видится издельем керамиста.

    Так листок, дождем к стеклу прибитый,
    вырезал Сулягин вдохновенный.

    Так меня цитирует и правит
    каждое твое прикосновенье.


    * * *

    Воздух жуя ноздрями,
    свет глазами жуя...
    Ждете уж рифмы хуями?
    Хуюшки вам, ни хуя!


    * * *

    Язык - это часть тела.
    Как бы я ни хотела
    язык отделить от тела,
    язык - это часть тела
    и разделит участь тела.


    * * *

    Я - одним росчерком.
    Ты - отрывая перо
    четырежды.
    Написать Ты
    в четыре раза труднее.


    * * *

    Люблю целовать книги.
    У той целую обложку.
    А эту - в обе страницы,
    порывисто, троекратно.


    ПОДРАЖАНИЕ АХМАТОВОЙ

    и слово хуй на стенке лифта
    перечитала восемь раз


    * * *

    Запомните меня такой,
    как щас: рассеянной и резкой.
    И слово бьется за щекой,
    как бабочка за занавеской.


    * * *

    Читали Бродского, потом трахались.
    Ляжем, и отнимутся ноги, прошлое, голова,
    и от алфавита останется единственная Ааа,
    из цифр - единица. Нет, фаллос скорее - минус.
    Отнятая у всех и вся, под тобой вскинусь
    подбородком, локтями, коленями - пятиконечно,
    пять раз кончив, окончательно утратив речь, но
    удвоенно слыша: мол, в матке влага утробы,
    в которую окунаешь, в прадетство окунуться чтобы,
    своего головастика - рабочий эскиз эмбриона.
    Я киваю всем телом... Потом снова читали Бродского.


    * * *

    соски эрогенны
    чтоб было приятней кормить
    пупок эрогенен
    чтоб родину крепче любить
    ладони и пальцы
    чтоб радостней было творить
    язык эрогенен
    чтоб вынудить нас говорить


    * * *

    Ночами за дверью моею
    избитые плачут слова -
    впускаю, за пазухой грею,
    убитого слова вдова...


    * * *

    Положа ландыш на нотную бумагу,
    расшифрую каденцию соловья.
    Соловей - растение: он впитывает влагу
                        и цветет,
    соловей да ландыш - одна семья.
    А я? А я в тисках алфавита -
    а - я, а мне сам брат - не брат,
    речью, как пуповиной, обвита
                        и задушена.
    Дарвин, Дарвин, хочу назад!


    * * *

    Поэзия: ложь во спасение
    идеи, что слово - бог,
    что легкое слово гения
    спасительно, как вдох
    ныряльщику, что колыбельная
    печальнейшей из панихид
    рули повернет корабельные
    и спящего воскресит.


    * * *

    Если бы я знала морскую азбуку, я поняла бы, о чем
    клен машет листьями
    Если бы я знала азбуку глухонемых, я поняла бы, о чем
    клен машет ветками
    Если бы я знала азбуку Морзе, я поняла бы, о чем
    долдонит соловей на ветке клена среди листьев
    Если бы я все это поняла, я бы знала, зачем
    нужна азбука Кирилла и Мефодия


    * * *

    Из песни не выкинешь песни.
    Слова же - хоть все до единого.
    Не перепишешь, хоть тресни,
    мир, пиша картину его.
    Доля моя, две ноты,
    начало Чижика-пыжика.
    Что же ты бьешься, что ты,
    бедное сердце, пыжишься?


    * * *

    Творить? Ну что ты! - Створаживать
    подкисшее житие,
    житуху облагораживать,
    чтоб легче было ее
    любить. И любить ее, жирную,
    как желтый пасхальный творог...
    А ты мне про тайны надмирные.
    А ты мне - восстань, пророк...


    * * *

    Ботинки должны быть похожими на коньки.
    Туфли должны быть похожими на балетки.
    Обновки должны быть, как письма с фронта, редки́.
    Фасоны должны быть, как слово любви, ре́дки.
    Однажды начав интонировать слово люблю
    по-разному, как Якубович рекламную паузу,
    вижу, как это слово стремится к нулю,
    и завидую Рихтеру, а еще больше - Нейгаузу.


    * * *

    Была бы моя воля, я бы запрет
    употреблять одно слово в соседних фразах
    распространила на соседние страницы, главы, романы,
    месяцы, годы. Помолчи. Но ты повторяешься
    даже в молчанье.


    * * *

    Разрежен воздух, но заряжен,
    размешан теми, кто поет,
    кто падает со скал и башен,
    раскрыв зонты высоких нот,
    кто в утлой лодочке ладоней
    везет большой тяжелый вдох,
    кто верный тон находит в стоне,
    от выдоха оставив ох...


    * * *

    Жемчуга ловчиха, твоя строка
    не должна быть длиннее твоего нырка,
    но должна дотянуться рукой до дна,
    какой бы ни была глубина.
    За обе щеки О2 набери.
    Любые слова под водой - пузыри.
    Проповедуй рыбам, крести их водой,
    извиваясь, всплывай с ладонью пустой.


    * * *

    Натюрморт: где стол был яств -
    гроб. Умеренно мертва,
    складываю про запас
    в рифму мертвые слова.
    Там, по ту сторону врат,
    в златоверхом граде том,
    все стихами говорят.
    Мертвым - мертвым языком.


    * * *

    У нас до последней минуты
    растут волос и голос,
    и после последней минуты
    еще подрастает волос,
    а голос, вставши дыбом
    над телом, ставшим дыбой,
    плеснет уплывающей рыбой,
    блеснет улетающим дымом,


    * * *

    Умирал - умер:
    чередование гласных
    в корне мира мер.


    * * *

    Слово, где ово - яйцо, -
    это отказ в первородстве
    курице, это приказ
    мне не летать, а нестись...


    * * *

    чашка
    на столе
    на клеенке
    на лужайке
    на солнце
    после дождя
    и не рифмовать


    * * *

    Во мне погибла балерина.
    Во мне погибла героиня.
    Во мне погибла лесбиянка.
    Во мне погибла негритянка.
    Как много их во мне погибло!
    И только Пригов жив-здоров.


    * * *

    Хочешь, чтобы тебя слушали?
    Чтобы к тебе прислушивались?
    Ловили каждое слово?
    Переглядывались - что он сказал? -
    Хочешь? - Иди в машинисты,
    води пригородные электрички,
    говори свысока, небрежно:
    Мичуринец, следующая Внуково.


    * * *

    задаю вопрос
    чтобы сразу забыть ответ
    и повторить вопрос
    и не заметить что ответ
    изменился


    * * *

    Не можешь писать - читай.
    Не можешь читать - пиши.
    Не можешь писать - пиши
    письма. Не можешь писать
    писем - читай вслух
    ребенку "Федорино горе".


    * * *

    Поверхность мысли - слово.
    Поверхность слова - жест.
    Поверхность жеста - кожа.
    Поверхность кожи - дрожь.


    * * *

    Еще никогда не сказано -
    уже отдает пошлостью.
    Еще никем не сказано -
    уже на цитату похоже.
    Что же
    скажу?
    Говори такое,
    что никто, никогда не скажет.
    Или чтобы никто не услышал.


    * * *

    если есть чего желать
    значит будет о чем жалеть
    если есть о чем жалеть
    значит будет о чем вспомнить
    если будет о чем вспомнить
    значит не о чем было жалеть
    если не о чем было жалеть
    значит нечего было желать


    * * *

    Соблюдайте мою тишину.


    * * *

    Бороться с пошлостью - пошлейшее занятье.
    И вышесказанное тоже пошлость.
    И ниженедосказанное пошлость.
    И рассужденья о молчанье пошлость.
    И самое молчанье.


    * * *

    Тот свет - фигура речи.
    Но там не будет речи.
    Кладбищенские речи -
    последний натиск речи
    и последнее поражение речи
    в борьбе с неизреченным.


    * * *

    Поняла, где у меня душа -
    в самом нижнем, нежном слое кожи,
    в том, изнаночном, что к телу ближе,
    в том, что отличает боль от ласки,
    в том, что больше ласки ищет боли...


    * * *

    Они менялись кольцами тайком.
    Они в санях по городу летели.
    Метели покрывали их платком
    и хмелем посыпали их метели.

    И путь у них настолько был один,
    настолько было некуда деваться,
    что не хотелось куриц и перин,
    что даже не хотелось целоваться,
    а только лица ветру подставлять,
    а только на ветру в лице меняться.
    Метели мягко стелят. Страшно спать.
    Еще страшнее будет просыпаться.


    * * *

    Мужчина: удар, давление.
    Сперва без сопротивления
    позволю давить сок,
    потом напомню: лобок
    под мякотью прячет кость,
    и ты - не хозяин: гость.


    * * *

    То ли пол - это полдела
    то ли дело на полжизни
    то ли жизнь не полна половая
    то ли я не люблю тебя больше

    Нет, я люблю тебя больше.


    * * *

    "На севере диком..." - Сапфо, а не Гейне.
    Ты - пальма. И юг твой, как север мой, дик.
    А если из Гейне, то пенье на Рейне,
    дуэт лорелей. А сплочая сплетенье -
    Наталья, пойдем в хоровод эвридик,
    которым орфеи и лели - до фени:
    с нездешнею нежностью, без сожаленья
    покажем им розовый острый язык!


    * * *

    Душа расставалась с телом.
    Моя - с твоим телом.
    Твоя - с моим телом.

    Душа улыбалась телу:
    - Ну все. Я полетела.
    - Ну все. И я полетела.

    Душа склонялась над телом:
    - А мне-то какое дело?
    - И мне - какое дело?

    Душа прижималась к телу:
    - Прости. Я не хотела.
    - Прости. И я не хотела.


    * * *

    Одиночество - это болезнь,
    передающаяся половым путем.
    Я не лезу, и ты не лезь.
    Лучше просто побудем вдвоем,
    поболтаем о том, о сем,
    не о том, не о сем помолчим
    и обнимемся, и поймем:
    одинокий неизлечим.


    * * *

    Размажь по стенке, но - по своей,
    топчи, чтоб смогла прилипнуть к ногам,
    из колючей проволоки гнездо свей,
    вот увидишь, что нам будет там
    хорошо.


    * * *

    Нет любви? - Так сделаем ее!
    Сделали. Что дальше будем делать? -
    Сделаем заботу, нежность, смелость,
    ревность, пресыщение, вранье.


    * * *

    Надобны два зеркала
    или два мужчины
    чтоб себя любимую
    увидеть со спины
    Надобно быть зеркалом
    чтобы два мужчины
    были друг ко другу
    лицом обращены
    чтоб наполнив рюмки
    виноградной гнилью
    спутавшись локтями
    перешли на Я
    Чтоб накрывши юбкой
    как епитрахилью
    отпустила каждого:
    Да, твоя. Твоя.


    * * *

    Давай друг друга трогать,
    пока у нас есть руки,
    ладонь, предплечье, локоть,
    давай любить за муки,
    давай друг друга мучить,
    уродовать, калечить,
    чтобы запомнить лучше,
    чтобы расстаться легче.


    * * *

    Зачем считала, сколько мужиков
    и сколько раз, и сколько раз кончала?
    Неужто думала, что будет мало?
    И - было мало. Список мужиков -
    бессонница - прочтя до середины,
    я очутилась в сумрачном лесу.
    Мне страшно. Я иду к себе с повинной.
    Себя, как наказание, несу.


    * * *

    О чем бы я ни писала, пишу о ебле.
    И только когда я пишу о самой ебле,
    то кажется, что пишу совсем не о ебле.
    Вот почему я пишу только о ебле.


    * * *

    кричать - не кричу, только скулю-скулю,
    тебе подставляя то одну, то другую скулу


    * * *

    1) Девушка, у которой губы
            выразительней, чем глаза
    2) Мужчина, у которого руки
            умнее, чем лицо
    3) Бомж. Св. Франциск
            его бы поцеловал
    4) Ребенок с плохими зубами
    5) Дальше, я знаю, - ты
            Но боюсь на тебя смотреть
            Вдруг я тебя не люблю


    * * *

    Не взбегай так стремительно на крыльцо
    моего дома сожженного.
    Не смотри так внимательно мне в лицо,
    ты же видишь - оно обнаженное.
    Не бери меня за руки - этот стишок
    и так отдает Ахматовой.
    А лучше иди домой, хорошо?
    Вали отсюда, уматывай!


    * * *

    Обнажена, и руки-ноги настежь -
    ну что еще с себя я не сняла?
    А это ты на мне, и свет мне застишь.
    А смерть - сооруженье из стекла,
    гроб на колесиках завода Гусь-Хрустальный
    с маршрутом от стола и до стола
    без остановок. Путь предельно дальний.
    И все как на ладони, и окна
    не замутит горячее дыханье,

    и жизнь, как из троллейбуса, видна.


    * * *

    Спящему поправить одеяло,
    в лоб поцеловать и вдруг увидеть
    бороду и кудри на подушке
    с точки зрения Иродиады...


    * * *

    Вместе кончать,
    чтобы вместе кончить кончать,
    чтоб когда-нибудь начинать
    вместе кончить
    (Филемон и Бавкида),
    и одновременно кричать,
    чтоб когда-нибудь одновременно
    замолчать,
    чтобы дух испустить как спустить
    и пуститься в бега
    перед сворою ангелов гончих.


    * * *

    В знак тсс приложи палец
    к моим малым губам
    Впрочем, они не меньше
    моих основных губ
    Впрочем, они и не больше
    Впрочем, почему основных
    Впрочем, больше о прочем
    не могу, потому что - тсс


    * * *

    Не говори своему телу Я.
    Не говори моему телу Моя.
    Краем себя отгибая мои края,
    тело мое по своей мерке кроя,
    знай: когда я кончаю, кончаюсь я
    и, не своя, я тем более не твоя.


    * * *

    Я из-под палки изучаю
    чудные Господа дела:
    жизнь несерьезна, но печальна.
    Серьезна смерть, но весела.
    О смерть, твой вкус кисломолочен
    и вечнозелен твой покой,
    твой полный курс, как сон, заочен
    и весь - бегущею строкой.


    * * *

    Один умножить на один равняется один
    Отсюда вывод, что вдвоем ты все равно один
    Отсюда вывод, что вдвоем ты со вторым един
    Отсюда вывод: твой второй, он, как и ты, один


    * * *

    Ты, не пускающий меня в алтарь,
    Ты, брезгующий мной в больные дни,
    не знающий длины моих волос,
    кривящийся, что высоко пою, -
    прости меня. Пожалуйста, прости.


    * * *

    В слове дрожать
    жар, а не холод,
    ежели молод.
    В слове дрожать
    холод, не жар,
    ежели стар.


    * * *

    Безрадостное общение -
    не повод для обобщения.
    Любите! - глаголет вам
    бегущая по граблям.


    В ДОПОЛНЕНЬЕ К ЗАВЕЩАНЬЮ

    Дождем и дымом, дымом и дождем...
    Вот запах, под который хороните.


    * * *

    Давайте меряться любовью:
    люблю. Кто больше? Больше всех
    люблю. Любой оставлю грех.
    Плачу собою, болью, кровью,
    судьбой. Кто больше? Тем ,что после
    судьбы. Забуду дочь и мать.
    Все? Голенькая лягу возле,
    когда ты будешь умирать.


    * * *

    Этих слов не снести почтальону,
    самолету крениться крылом,
    этих, пахнущих сердцем паленым
    и покоем, пошедшим на слом
    в одночасье, на родине, чуждой
    нам обоим... На весь этот свет:
    я люблю вас. Ответа не нужно.
    Надорвусь, надрывая конверт.


    * * *

    Ежели долго глядеть на цветок на обоях,
    можно увидеть другое, допустим, фигуру.
    Значит ли это, что зрение нас обмануло?
    Или фигура устала цветком притворяться?
    Ежели долго глядеть на свое отраженье,
    можно увидеть совсем не свое отраженье.
    Значит ли это, что зрение нас обмануло?
    Или действительно смерть подступила так близко?


    * * *

    Буду любить, даже если не будешь еть.
    Буду любить, даже если не будешь бить,
    если не будешь любить - буду любить.
    Буду любить, даже если не будешь быть.


    * * *

    Хоть чуть-чуть увековечь -
    вылепи меня из снега,
    голой теплою ладонью
    всю меня отполируй.


    * * *

    Не надо трогать этой песни -
    она сама себя споет.

    Но чем летящее телесней,
    тем убедительней полет.


    * * *

    имя свое на конверте прочесть
    и вспомнить, кто я есть
    адрес свой на конверте прочесть
    и вспомнить, где я есть
    обратные имя и адрес прочесть
    и вспомнить - еще кто-то есть
    надорвать конверт и письмо прочесть
    - Павловой, до востребования.
    - Нет. Ничего нет.


    * * *

        Гологамия (греч. holos - полный, gamos - брак) - простейший тип
        полового процесса (у некоторых зеленых водорослей, низших грибов),
        при котором сливаются не половые клетки, а целые особи.

          Энциклопедический словарь

    Гологамия (греч. holos - полный,
    Gamos - брак) - простейший тип
    Полового процесса (у некоторых
    Зеленых водорослей, низших грибов),
    При котором сливаются не половые
    Клетки, а целые особи.


    * * *

        С.И.Гальперин, А.М.Васюточкин.
        Курс анатомии и физиологии человека.
        Учпедгиз, 1950

    Верхняя челюсть и скуловая кость
    Вместе с лобной и клиновидной костями,
    А также слезной и решетчатой костями,
    Образуют глазницу, представляющую костное
    Вместилище для глаза.


    * * *

    Бабочка раскрывает крылья: Х
    Бабочка складывает крылья: В
    Бабочка взлетает: ХВ, ХВ
    Бабочка улетает


    * * *

    Леда и лебедь? - Лебедь и лебедь.
    Но лебединую песню мне петь.


    * * *

    Почистила зубы.
    Больше я этому дню ничего не должна.


    * * *

    оцарапав острым крылом,
    пролетел над самым столом
    тихий ангел,
    и сразу за ним
    матерящийся херувим


    * * *

    Одна известная игра:
              брать
              врать
              драть
              жрать
              орать
              срать
    Будешь играть?


    ПЕРВОЕ СЕНТЯБРЯ

    1

    Печальный двоечник с пожухлыми цветами,
    пожухлый папа с фотоаппаратом,
    зубами щелкающим: ну-ка, птичка,
    на вылет! И - отсутствие резцов
    в улыбках первоклашек, недостача
    в улыбках второклассников - клыков...

    2

    А на крыльце - мои учителя:
    алфизик Инденбаум - всякий знает,
    что у него одна нога короче
    и, может быть, стеклянные глаза,
    Марьпетра вредная, химера, тойсть химоза,
    ныне и присно пьяненький чертежник
    и величавый педагог труда...

    3

    Запомнила немного: как Камоша
    меня за новорожденные груди
    хватал, и было больно и обидно,
    а позже - непонятно, почему
    девчонки говорят, что неприлично
    так тесно танцевать медленный танец
    с Камошей. Кстати, ведь Камоша умер.
    Болел плевритом, умер. Белый танец.
    Я, как всегда, Камошу приглашу.


    * * *

    Боб сказал:
    - А ты написала,
    как я ловил летучих мышей?

    Боб ловил летучих мышей,
    потому что папа сказал, что нельзя
    их поймать - у них ультразвук.

    Боб ловил летучих мышей,
    быстро-пребыстро крутя полотенцем.

    Она была жилистой,
    как из "Кулинарии".

    Ее отпустили.

    Боб сказал:
    - Написано верно,
    но что-то с ритмом




Вернуться на главную страницу Вернуться на страницу
"Тексты и авторы"
Вера Павлова

Copyright © 1998 Вера Анатольевна Павлова
Публикация в Интернете © 1998 Союз молодых литераторов "Вавилон"; © 2006 Проект Арго
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования