Георгий БАЛЛ

ОХ, КАКИЕ ПТИЧКИ!

    Вверх за тишиной

        М.: Новое литературное обозрение, 1999.
        Редактор серии - Т.Михайловская
        ISBN 5-86793-072-6





ДЫРА

            - Что это? Дыра какая-то. На опушке леса. Там дальше ели.
            А почти у самой дыры бузина. Вроде так. Сразу не разобрал. Снегу всюду навалило. Через поле еле добрался. Ноги проваливались. Снег в валенки набился. Хорошо валенки догадался надеть. В ботинках бы не дошел. Оглянулся. Вдалеке островок тоненьких, продуваемых ветром березок. Да, одиноко получается.
            Из дыры теплом тянет. Снег вокруг дыры потемнел, уплотнился. Вылетела муха. Покружилась. И опять в дыру, к теплу.
            Чего делать? Надо вокруг дыры разгребать снег. Не очень это меня манило. Без перчаток и варежек. Пальцы скоро стали красными. Распухли сардельками. Уже рук не чуял. А чего делать? Иначе в дыру не влезешь.
            С трудом пролез в яму, на дне ее вроде как комната. За столом, покрытым серой клеенкой, потрескавшейся от старости, сидел мой товарищ по институту Коля Симановский-Буханов. Мы с ним были не очень близки. Слышал, что он работал в газете корреспондентом, даже заведовал не то экономическим, не то отделом писем. Чего-то у него случилось с позвоночником, рано вышел на пенсию по инвалидности. Я рьяно к нему, с бодростью в голосе:
            - Здорово, Николя, не ожидал?
            При слабом фитилечке свечки, поставленной на блюдце, я его рассмотрел. Сидел он на табуретке в черных трусах и блекло-голубой футболке.
            - У меня только фрукты. Хочешь? - все это он говорил, не поднимая головы.
            Скривился и левой рукой достал из ящика, что стоял у его ног, два яблока и три груши. Я молча смотрел, как он их клал на стол. Правая рука у него висела плетью.
            - У нас недавно курс собирался. Между прочим, о тебе говорили.
            Он никак не откликнулся на мои слова. И опять головы не поднял. А я думал, чего занесло его сюда. Ушел из городской квартиры, оставил дверь открытой. Может, он душу свою спасает в этой дыре, почти что могиле? Спросить не решился. Смотрел на груши и яблоки. Свечной огарок давал им живой лик своего света. Выпуклого, как надгробье: темно-красного, зеленого, коричневого.
            Снизу вылетели три или четыре мухи, закружились над столом.
            - У тебя тепло, даже мне жарко в шубе.
            - Под кроватью щель. Из глубин земли огонь. Хочешь, посмотри.
            Это была не кровать, а топчан, закрытый тонким одеялом. Сверху лежала подушка без наволочки.
            - Долго будешь здесь?
            - До весны.
            - А потом куда?
            - Земли много.
            - Ведь ты кончал МГИМО. Чего вдруг к земле потянуло?
            Он не ответил. Я не знал, что сказать. Он молчал. Потом поднял голову. Я увидел в его глазах свет от огарка свечи. Он не опускал головы, а я смотрел. Слабый свет начал опадать. И мы погрузились в темноту. Темнота уплотнилась.
            Я пригрелся у него. Засыпал. Просыпался. Все так же было густо темно.
            Однажды услышал: "Дышит".
            - Кто дышит?
            - Земля задышала.
            Над моей головой зажужжали мухи. Пора уходить.
            Он услышал мои мысли:
            - Лестница у стенки.
            - Прощай, Коля, отдыхай.
            Он промолчал.
            Когда я выбрался на поверхность, время-пространство резко изменилось. Я повернул не назад в поле, а пошел к лесу. Ветер растаскивал облака по небу.
            Теплый воздух был пронизан криками птиц. Мои валенки шагали по траве, выбившейся из-под снега. Я расстегнул шубу.


    Следующий рассказ               



Вернуться
на главную страницу
Вернуться на страницу
"Тексты и авторы"
Георгий Балл "Вверх за тишиной"

Страницу подготовил Дмитрий Беляков.
Copyright © 2000 Балл Георгий Александрович
Публикация в Интернете © 2000 Союз молодых литераторов "Вавилон"; © 2006 Проект Арго
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования