Леонид КОСТЮКОВ

        Автоответчик:

            Рассказ
            "Новая литературная газета". - М., 1996. - Вып.1 (14). - с.2.



АВТООТВЕТЧИК

            После нескольких гудков трубку подняли и Мишин голос сказал: "Аллё".
            - Аллё, - заторопилась Ирина, - это я...
            - Аллё, - продолжил Мишин голос, не слушая ее, - Миши нет дома, с вами говорит автоответчик. После гудка можете оставить сообщение. В вашем распоряжении минута.
            Ирина как-то неуверенно положила трубку на рычажки, та болезненно звякнула, как больные зубы о здоровые. Ирине нечего было сказать автоответчику.
            "Как странно было Мише, - подумала она, - когда он записывал текст. Он говорил о себе, как о ком-то другом. Но ведь не скажешь "меня нет дома". Как все-таки странно..."
            К вечеру Ирина обдумала сообщение на минуту, обкатала его во рту. Еще бы записать на магнитофон, подумала она. Вот это прогресс.
            - Аллё, - сказал Мишин голос. Ирина ждала.
            - Аллё, аллё, - повторил Миша уже сварливее. - Я вас слушаю.
            Ирина, позабыв свое сообщение, повесила трубку.
            Можете считать это пунктиком, но она совершенно не могла звонить Мише, не зная, кто подойдет - он или автоответчик. Так постепенно ее звонки сползли на рабочее время. Автоответчик приветствовал ее с неизменной благожелательностью, потом Ирина оставляла сообщение. Начинала она примерно так: "Голубчик, передай Мише..." Причем она вполне понимала, что Миша не расспрашивает автоответчика, кто звонил и что просил передать, а непосредственно слушает запись, и что юмористический оттенок такого косвенного послания, может быть, и годится на один раз, а потом надоест и будет раздражать, но обращаться к автоответчику напрямую, называя его Мишей, Ирина тоже не могла. Окрестил бы он его как-нибудь, думала она.
            Ни в ком из знакомых Ирины не было той ровности, которой отличался Мишин автоответчик.
            Однажды весной он сказал:
            - Аллё, Миша уехал в горы, будет в конце месяца, - и добавил, помедлив, в каком-то непривычном тембре, - Ирина, это ты? Приезжай...
            Она выскочила из дома в сарафане, схватила трамвай, как такси, он мчал и мчал по своим плавным зигзагам, потом она подходила к Мишиному дому, и ветер гнал по асфальту пыль, обтекал виски, мешая сообразить что-то главное, свести концы с концами, - она мельком взглянула в окно - там отсвечивало, но ей показалось, что кто-то, кажется, в очках, стоит за стеклом, опираясь на подоконник.
            Миша никогда не носил очки.
            Когда он спустился с гор, Ирины в городе уже не было. По слухам, она вернулась в свою родную Ялту, вышла замуж за немолодого художника, у нее родился странный ребенок. Впрочем, если верить слухам, так в Ялте вообще пришли к власти анархисты.
            Мода на автоответчики прошла, и Миша его аннулировал. Он снова отпустил бороду и стал на самые невинные вопросы о жизни отвечать с ужасающей бодростью, как врач смертельно больному.


"Новая литературная газета", вып.1 (14):                      
Следующий материал                     



Вернуться на главную страницу Вернуться на страницу
"Тексты и авторы"
"НЛГ" #1 (14) Леонид Костюков

Copyright © 1998 Леонид Костюков
Публикация в Интернете © 1998 Союз молодых литераторов "Вавилон"; © 2006 Проект Арго
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования