Премия имени Андрея Белого

Шамшад АБДУЛЛАЕВ

      Речь Бориса Иванова. Ответное слово Шамшада Абдуллаева. Стихи Шамшада Абдуллаева.

          "ГФ - Новая литературная газета". - М., 1994. - Вып.5. - с.1-2.






Премия имени Андрея Белого за 1994 год
присуждена Шамшаду АБДУЛЛАЕВУ.

Расширенный отчет о церемонии присуждения
помещен в "Митином журнале", вып.51, 1994.

Стихи вошли в книгу Абдуллаева "Медленное лето".





    ЮГ, БЕСЕДЫ

    Тонкой раной в блаженный сезон
    мечены линии окон: здесь крепится доля
    (в крайних кварталах) безлюдья. Он канул
    вдоль смолистого рва, катафалк. Позднее была
    закатная оторопь плакальщиц, синих,
    у стеганых одеял в новой комнате, где
    по воздуху шуйца пророка прошлась. Иная картина.
    Давно ли? Мухи жужжали возле ветхой пекарни.
    Чистой скукой веяло сбоку - сильное солнце,
    мужчина, играющий в нарды: сцена,
    словно бы снятая по сверкающей диагонали. Творятся
    лишь в юности (когда стоит промолвить - и мир
    весь прилипает к уголкам твоих губ)
    сок и судьба. Другие событья - в земле,
    в некоем пыльном подворье, чужие,
    как далекая нежить. Ответишь?
    По-прежнему слышен стареющий голос глашатая празднеств
    (черно-белая сухость около стен
    и ястреб в меду воскресного утра - мне ли решать,
    "вот и конец"?) тянется всё на один
    светящийся акр. Солнце
    находит лицо, и далее речь
    не оставляет ссадин
    ради холмов и холмов.


    ТОСКА ПО СРЕДИЗЕМНОМОРЬЮ

    Здесь. Милое убожество льнет
    к ближайшей пустыни. Просторно - без глаз
    просторней, - добавить. Суше,
    землистей вчерашняя яркость в душном предместье. И падаль
    путается в блуждающей пыли, как (наугад)
    пехлевийцы - в газетных строках, - убиенные. Свобода
    душить свободу. Внизу
    осталась дорога, под ошкуренной солнцем
    перекладиной. Кому
    повем?.. Дуновение с дальних оград.
    Она отворила окно, как если б
    раскинула руки и стала
    (жар оседает в задел запустения, чтобы завтра истечь
    для других эфемерностей в глинистый манускрипт
    среди низких обшарпанных стен) безымянной.
    Сломанный стул в тени обгоревшей когда-то двери;
    небесные блики бичуют ступени; оса,
    парящая по глухому периметру над
    полуденной свалкой. Молись,
    чтоб оно оказалось не тем, чем является. Пустая веранда, вода
    закипает на кухне. Вскоре: Восток,
    забытый в бесформии, - новый беглец
    выбирает замедленный взгляд,
    чернеющий под спудом. За городом -
    холм и пустырь, навлекшие в грудь
    морскую горечь.


    КОНЕЦ НЕДЕЛИ, ФИЛЬМ

    Пейзаж: как дар. Сквозит
    мимо домашних сумерек (поверх
    северной плесени Дрейер ковал белизну -
    кадр во искупление, сказал
    ирландский монах и бросился в воду,
    где скошена грязь, и дно в туманный полдень парит
    над далеким утопленником) дух
    Утешитель.
    Скот едят, словно просфору,
    но солнце сводит с ума в соседнем дворе
    собак и серые стёкла. Друзья, движение рук в летнем кафе.
    Лишь
    конкретное имеет названия. Река, возвышаясь, терпит
    светоносность рабочих кварталов; нигде.
    И пыль кренится за домом
    в щебнистую призму: едва ли
    иссякнет здешний тупик. Мы дальше идем, беседуя вполголоса или
    напевая "Солсбери". Не хаос,
    но контролируемый хаос, как река, чей поток,
    вздымает всуе мертвых:
    рыб, самоубийц. Древний луч
    с улицы одной струится на другую. Спустились
    длинные тени в прохладную комнату с южных
    крыш: напротив. Из
    тысяч темных присосок миг состоит,
    гранение длится.
    Воскресный прах перед глазами весь.


"ГФ - Новая литературная газета", вып.5:                      
Следующий материал                     




Вернуться на главную страницу Вернуться на страницу
"Журналы, альманахи..."
"ГФ-НЛГ" #5 Шамшад Абдуллаев

Copyright © 1998 Шамшад Абдуллаев
Copyright © 1998 Союз молодых литераторов "Вавилон"
E-mail: info@vavilon.ru
Яндекс цитирования